Какой смысл в запрете промрыболовства?
- Понедельник Декабрь 12th, 2022 17:50
Реальность: возникает вопрос, стоит ли отказываться от лова, скажем, корюшки, когда он массово ведётся в водах российской Калининградской области? Фото «Capital.ru»
Усиливаются дискуссии о негативном влиянии литовских рыбаков-предпринимателей на Балтийское море и Куршский залив и запрете промыслового лова.
«Литовский судак» – в России?
Факт, который заставил меня прервать молчание, это сертификат на соответствие стандарту устойчивого рыболовства, в сентябре текущего года выданный одной российской рыболовецкой компании Морским попечительским советом (Marine Stewardship Council). В нём чёрным по белому написано, что промысловый лов судака и окуня в российских водах Куршского залива является устойчивым!
По данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации Объединённых Наций (ФАО), уловы судака в регионе Северо-Восточной Атлантики, включая Балтийское море, с 1950-го по 2020 г. не сокращались, но росли, а в 2010–2020 гг. в России составили большую часть (около 51 проц.). Доля Литвы была всего около 1 процента.
Возникает вопрос, если России, которая вылавливает больше всех судака, предоставлен сертификат организации, признаваемой «зелёными» Западной Европы, то почему Литва с мизерной долей вылова должна запрещать лов судака?
Может, «литовский судак» из-за углубления Клайпедского порта или по иным причинам ушёл в воды Куршского залива Калининградской области? Но это уже совершенно другая проблема.
«Угроза» для корюшки
Другой вид рыбы, из-за «чрезмерного вылова» которой также не смолкают дискуссии, это корюшка.
По данным ФАО, уловы корюшки в Литве за период с 1990-го по 2020 г. составили до 4 проц. от общего вылова корюшки в регионе Северо-Восточной Атлантики и Балтийского моря. В регионе Балтийского моря больше всего корюшки вылавливают финские и латвийские рыбаки. В течение последних 10 лет больше нас в Балтике её ловили также эстонские и российские рыбаки. Общая тенденция такова, что за 30 лет резкого сокращения популяции корюшки не произошло, хотя её «просадка» была в 2000–2010 гг.
По данным Статистического агентства Европейского союза (Евростат), в районе Балтийского моря на запад от острова Борнхольм, включая Рижский, Финский и Ботнический заливы, годовые уловы корюшки колебались от одной тысячи тонн в 2000–2006 гг. до 7 тыс. тонн в 2020 г.
В 2021–2022 гг. они немного снизились, но оставались стабильными. Основными ловцами корюшки в Балтийском море остаются финны и латыши, а также россияне и эстонцы. Вылов корюшки литовских промысловиков без учёта России составил 2,8 проц. от общего вылова корюшки в регионе Балтийского моря, а с учётом России – и того меньше.
По данным Европейской обсерватории рынка продуктов рыболовства и аквакультуры (EUMOFA), цена первой закупки корюшки в Литве в 2015–2021 гг. колебалась от 1,55 до 4,1 евро. Между тем за тот же период в Латвии она колебалась от 11 до 30 евроцентов за килограмм. Такое расхождение в ценах могли обусловить в том числе и объёмы уловов, но может быть и другая гипотеза. Разговоры в Литве о резком сокращении популяции корюшки могут предназначаться лишь для того, чтобы повышать её цену. Корюшка является проходным недолговечным видом рыбы, её биомасса постоянно колеблется, поэтому ловить её в водах Литвы необходимо, если только есть такая возможность.
Нужен разумный лов
Я уважаю мудрость наших естествоиспытателей и их беспокойство в связи с истощением наших природных ресурсов. Я не могу сказать, что считаю наше промысловое рыболовство в Литве абсолютно честным, но прежде чем обвинять наших рыбачков в сокращении популяции рыбы, нам следует подумать шире.
На мой взгляд, проблема заключается не в рыбных ресурсах, а в том, что внутренние воды, территориальные воды Литвы, её экономическая зона в Балтийском море меньше, чем у других стран Балтийского моря, и разные группы пользователей рыбных ресурсов в них просто не помещаются.
Любительская рыбалка уже становится бизнесом. В ней прибыль стали получать от того, что рыбу ловит не сам субъект бизнеса, а другой человек. В промысловом рыболовстве прибыль поступает от того, что рыбу ловит сам субъект бизнеса. Разница лишь в этом.
Видимо, настало время, когда уже недостаточно думать, какой вид деятельности запрещать, а какой – поощрять. Неужели мы будем развивать только такую экономику, которая выгодна исключительно тем, кто в состоянии внушить политикам, что будто бы лишь они могут «выжать» из природы максимум денег. Неужели мы менее мудры, чем североамериканские индейцы, которые еще 200 лет тому назад поняли, что «деньги нельзя есть».
Партнеры
MRF
Projektui „Mano Lietuva“ 2025 m. skirtas 15 000 Eur dalinis finansavimas.