Малая земля бредней
- Среда Август 20th, 2025 10:11
Писатель: Л. Брежнев прославился и как автор книжонки неопределенного жанра «Малая земля».
Самый известный персонаж советских анекдотов (после Петьки и Чапаева) Леонид Ильич Брежнев (1906–1982) родился 19 декабря 1906 года в городе Каменское Днепропетровской области (сегодняшняя Украина) в семье металлурга Ильи Яковлевича (1874–1934) и Натальи Денисовны (1886–1975). Сегодня доподлинно не известно, кем же был Леонид Ильич – русским или украинцем, однако его, вне всяких сомнений, можно смело назвать коренным пролетарием, на генетическом уровне унаследовавшим задатки и навыки, необходимые для профессии металлурга.
«Мне посчастливилось родиться, вырасти, получить трудовую закалку в рабочей семье, в большом рабочем поселке. Одно из самых ранних, самых сильных впечатлений детства – заводской гудок. Помню: заря только занимается, а отец уже в спецовке, мать провожает его у порога. Ревет басовитый гудок, который, казалось мне, слышен по всей земле. Радио не было, часов рабочие не имели, завод сам созывал их на работу», – повествует рассказ «Жизнь по заводскому гудку», приписываемый перу Леонида Ильича.
По словам самого товарища Леонида Ильича, его отец был не просто стахановцем, а стахановцем из стахановцев, который не только прославлял тяжёлый физический труд во имя самого тяжёлого физического труда (видимо, из-за такого отношения к жизни Илья Яковлевич и скончался в сравнительно молодом возрасте), но и принимал активное участие в политической деятельности и интересовался происходящим в мире. Он подзывал будущего монарха СССР к себе и спрашивал, какая самая высокая гора в мире, и тогда Леонид Ильич отвечал ему, что это Эверест.
Родители Леонида Ильича высоко ценили хорошее образование, поэтому уже в девятилетнем возрасте будущий генеральный секретарь коммунистической партии СССР поступил в приготовительный класс местной мужской классической гимназии. Леонид вспоминал, что когда он осуществил этот родительский каприз, его мама никак не могла поверить, что его приняли, да и все соседи удивлялись.
По его словам, детей рабочих в те времена в учебные заведения вообще не допускали, однако педагоги иногда слегка приоткрывали двери, чтобы какой-нибудь любознательный маленький пролетарий мог изредка заглянуть в коридор здания.
Товарищ Ильич утверждал, что отношение руководства учебного заведения к детям рабочих было предвзятым, но один педагог, именуемый литератором Ковалевичем (имени он не указал), был настоящим большевиком и подпольщиком. Своим юным воспитанникам он рассказывал не только о царях, но и о всяких пугачёвых, разиных и прочих домарксистских борцах за права люмпенпролетариата и сам всячески боролся с фашизмом (ещё до появления фашизма), поэтому в итоге его расстреляли приспешники представителя рода Деникиных Антона Ивановича (1872–1947).
«Сейчас в городе Днепродзержинске есть улица Ковалевича. Возможно, не все молодые знают, в чью честь названа она, и я рад, что могу об этом сказать», – писал Леонид.
По словам четвёртого по списку высшего управителя советского президиума, осенняя революция 1917 года была даже не политическим, а трансцендентным событием.
Революция ещё не началась, когда в неурочный час вдруг раздался звук фабричного гудка. Тогда время и пространство раскололись надвое и начался обратный отсчёт. Юные пролетарии побежали на завод вместе со своими отцами, поэтому в итоге вся популяция рабочих собралась в одном месте. Люди сновали по всей площади туда-сюда, а их голоса грозно гудели, напоминая гул недовольных соседями пчёл. Чуть позже на помост поднялся некий Арсеник или Арсеничев, который произнёс речь о пролетарской революции и образовании первого в мире рабоче-крестьянского правительства, а когда он завершил своё выступление, всех охватила массовая эйфория.
По словам Леонида, позднее этого выступившего с речью человека тоже расстреляли белые, зато будущему монарху СССР выпала честь черпать знания в металлургическом институте, носившем имя этого расстрелянного. Когда он громко провозгласил об открытой дороге к коммунизму, люди снова принялись сновать туда-сюда по всей площади и кричать «Ура!», а будущий персонаж анекдотов с замиранием сердца, задрав голову, словно вернувшийся из удачного похода римский полководец, смотрел на красный флаг, реявший на фоне мрачного осеннего неба.
В возрасте 15 лет в жизни Леонида начался новый этап, который в итоге привёл его к власти в Кремле. Он получил свидетельство об окончании учебного заведения и стал рабочим – приступил к исполнению обязанностей кочегара на том самом заводе, на котором работал и его отец. Он сам стал вкалывать в ритме заводского гудка, а спустя годы, уже в позднем возрасте, даже в состоянии глубокого старческого маразма, часто вспоминал тот день, когда уставший, прокопченный, провонявший, с ноющими до ломоты мышцами он вернулся с завода вместе с отцом. Мать со слезами на глазах лила студёную воду ему на руки, а Леонид, отмыв лицо, спросил родительницу, почему она плачет. Та ответила, что рыдает от радости, ведь её маленький Лёня наконец стал кормильцем семьи. Чуть позже Леонид вступил в молодёжное крыло правящей партии, а ещё через несколько лет – и в саму партию. Здесь ему удалось благополучно избежать всех чисток и стать образцовой номенклатурной посредственностью правящей системы, ожидая подходящего момента для узурпации престола.
Партнеры
MRF
Projektui „Mano Lietuva“ 2025 m. skirtas 15 000 Eur dalinis finansavimas.