Синдром опустевшего гнезда: заканчивается родительство, но не жизнь
- Понедельник Сентябрь 29th, 2025 18:22
Возможности: когда остаёшься один, открывается множество возможностей – заняться любимыми делами, путешествовать, проводить отпуск, как хотелось, но самое главное – вспомнить, что связывало пару до рождения детей. Фото freepik.com
Когда дети покидают отчий дом, родителям приходится переживать глубокую внутреннюю трансформацию, которая часто обнажает давно подавленные чувства, несбывшиеся ожидания и забытую индивидуальность. Синдром опустевшего гнезда часто описывают как грусть по опустевшему дому, но на самом деле это глубокое экзистенциальное потрясение.
Внутренняя пустота
Когда дети покидают дом, обуревает чувство, что ты внезапно и очень быстро постарел.
«Приходит осознание того, что надежда на то, что, вырастив детей, ты останешься таким же здоровым и трудоспособным, как в 30 лет, и сможешь наслаждаться жизнью в полной мере, безнадежно разрушена. Тело стареет, силы уходят, вероятность физической немощи возрастает, и приходится учиться справляться с этим в одиночку, без помощи детей», – так изменившееся эмоциональное состояние описывает Эдита Балявичене, психиатр центра психического здоровья «Neuromeda».
По её словам, синдром опустевшего гнезда наиболее болезнен для тех родителей, которые после ухода детей остаются одни и постепенно осознают мучительную истину о том, что себя у них так и не было. Именно поэтому гнездо пустеет. На самом деле гнездо не пустеет, в нём остаются два или один человек, но возникает ощущение пустоты, как будто ничего не существовало.
Человек сталкивается со сложной задачей – обрести себя не как отца или мать, а как личность. «Тогда нужно начать искать себя, что непросто, особенно с возрастом, ведь в молодости вы, вероятно, откладывали поиски себя, надеясь, что семья и дети заполнят вашу внутреннюю пустоту. Теперь, когда дети покинули дом, эта пустота открывается снова, а выйти из зоны комфорта и разобраться в своих собственных потребностях и ожиданиях, если не делали этого всю жизнь, очень сложно!» – отмечает Э. Балявичене.
Приходится создавать себя заново
Э. Балявичене отмечает, что часто родители, сами выросшие в так называемых дисфункциональных семьях, где не хватало любви, наблюдалось эмоциональное и/или физическое насилие, а чувства и эмоциональные потребности детей игнорировались, мечтают создать свою идеальную семью, где они будут вести себя иначе, чем их собственные родители, любить своих детей и заботиться об их потребностях.
Стремясь стать лучшими родителями, они попадают в ту же ловушку. «Усвоив с раннего детства, что их эмоциональные и другие потребности никому (родителям) не были и не будут важны, они переносят это внутреннее знание о собственной «ничтожности» на создаваемую ими семью, в которой всячески стараются удовлетворить потребности своих детей. Они стремятся сделать своих детей счастливыми, вкладывают всё в их благополучие, продолжая игнорировать собственные потребности, как бы продолжая «традицию» своего детства, потому что так они привыкли. Ведь они не важны, важны только дети», – поясняет специалист.
Врач подчёркивает, что если человек видит свою роль в семье только как отца или только как матери, он болезненно переживает потерю этой роли, словно земля уходит у него из-под ног, он теряет себя. Воссоздать себя – задача не из лёгких.
«Если у человека много ролей, например, сотрудника, женщины, мужчины, партнёра, друга, творца, то пустота, ощущаемая после ухода детей, заполняется быстрее», – говорит психиатр.
Эдита Балявичене. Фото из личного архива
Родительство без достояния
Есть люди, которые считают, что рожают детей для себя, чтобы в старости подали стакан воды. «Мы рожаем детей не для себя. Мы рожаем детей для мира. Родители, отдавая все свои эмоциональные ресурсы детям и не оставляя ничего себе, начинают воспринимать их как продолжение себя», – подчёркивает Э. Балявичене и отмечает, что именно такие родители, когда дети уходят, ощущают себя потерянными.
Подобная зависимость также порождает у детей чувство вины: «Дети начинают чувствовать себя обязанными родителям и не могут свободно строить свою жизнь, испытывая неискупимое чувство вины за то, что их родители несчастны. Лучший подарок для детей – счастливые родители. Поэтому инвестиции в себя при воспитании детей окупаются во всех отношениях», – говорит врач.
По её словам, после ухода детей из дома оба партнёра испытывают сильные чувства, но чувства мужчин часто недооцениваются, они чувствуют себя словно виноватыми в своих чувствах, скрывают их и стыдятся, поскольку, кажется, в обществе более приемлемо, что матери больше всего вкладывают в детей, и поэтому их опыт заслуживает большего уважения.
Есть множество одиноких родителей, которые в одиночку воспитывают своих детей. Когда-то, когда они расставались с партнёром, забота о детях помогала им подавить чувство потери партнёра или семьи.
«Когда дети уходят из дома, ранее невысказанное чувство потери партнёра или семьи обостряется с удвоенной силой – приходится справляться с двойной утратой. Ты снова чувствуешь себя мучительно одиноким и учишься с этим жить», – говорит Э. Балявичене.
Что же остаётся между супругами?
Новые испытания переживают и супруги, хотя, по мнению врача, если до отъезда детей супруги находили время друг для друга, то отъезд детей и схожие чувства, которые испытывают оба, становятся объединяющим фактором.
Э. Балявичене отмечает, что если до отъезда детей супруги жили только как соседи, из-за детей, то после их ухода, когда смягчающий фактор исчезает, они неизбежно остаются друг с другом и сами с собой, понимая, что их больше ничто не связывает, ничего общего не осталось, а мотивация изменить ситуацию давно угасла.
«Как однажды выразительно заметил один мой пациент: «С женой достаточно 400 слов: „Есть будешь? Нет?“ Комнаты – разные, телевизионный программы – разные. Холодильник приятнее жены», – горько шутит врач.
По её мнению, складывается ложное впечатление, что ты знаешь о своём партнёре всё, и всё это очень скучно. На самом деле, вы обычно узнаёте о бытовых привычках партнёра.
«Я бы рекомендовал парам узнать друг друга поближе. Серьёзно. Постарайтесь поделиться своими чувствами, переживаниями, мечтами и страхами. Слушайте партнёра, не отрицая и не критикуя его. Найдите, что у вас общего, и с уважением примите ваши различия. В конце концов, когда-то, много лет назад, вы это сделали. Тогда, возможно, вы сможете снова пережить медовый месяц», – советует врач.
Возможность жить так, как хотелось
На самом деле, уход детей из дома может стать прекрасным временем. Не секрет, что с рождением детей вся жизнь семьи обычно вращается вокруг них (хотя, если спросить самих детей, они, возможно, ответят иначе). Родители обустраивают детские комнаты, планируют рабочий график, свободное время и праздники с учётом детей, покупают детям любимую еду и вещи и координируют многое другое.
«Так интересно сложилось. Поначалу родителям, будучи детьми, приходится подстраиваться под требования своих родителей. Позже, став сами родителями, они стараются удовлетворять потребности своих детей. Когда дети уходят из дома, у родителей наконец появляется возможность жить так, как они всегда хотели (для детей известие о том, что у родителей есть свои потребности и мечты, часто оказывается новым)», – объясняет частый жизненный парадокс психиатр.
По словам специалиста, открывается множество возможностей для деятельности: «Заняться любимыми делами, готовить любимые блюда, которые терпеть не могли ваши дети, но о которых вы сами мечтали с детства (знаете, что такое гоголь-моголь или сладкий суп?), наконец-то провести отпуск так и там, где всегда мечтали, перекрасить стены в любимый цвет, вынести мебель из детской и поставить там удобный диван. Пить кофе рано утром на балконе, слушая теперь уже непопулярную музыку вашей юности, не боясь, что этот важный ритуал будет прерван пронзительным недовольным: «Мама!»
Э. Балявичене предлагает вспомнить старые занятия, на которые раньше не хватало времени, или заняться новыми: «Возможно, кто-то начнёт вязать напульсники, изучать иностранный язык или лепить из полимерной глины. Одна моя знакомая сделала по чертежам настоящую лодку и очень гордилась этим. Приятно обрести покой и удовольствие быть с собой».
Врач говорит, что стоит вспомнить старых друзей и находить новых в группах по интересам. «Станьте волонтёром. Путешествуйте. Пойте в хоре. Выращивайте цветы. Ведь, наверное, осталась всего треть жизни…» – призывает врач.
Новый этап для обеих сторон
Когда дети покидают дом, родителям приходится учиться жить без них, а детям – создавать самостоятельную жизнь. По словам врача, сепарация – это процесс, в котором участвуют обе стороны, и обе чувствуют незащищённость друг друга. Родителям нужно адаптироваться к жизни без детей, а детям – к совершенно новым условиям.
«Дети, привыкшие жить в родительском доме, где весь мир вращается вокруг них, поначалу скептически относятся к заверениям родителей, что они и без них прекрасно справляются», – шутит врач.
Она подчёркивает, что если между родителями и детьми тёплая и открытая эмоциональная связь, то родители должны чувствовать, сколько звонков и сообщений нужно ребёнку. «Самым важным посланием ребёнку должно быть: ты молодец, у тебя всё хорошо, ты прекрасно справишься, а если что, я всегда тебя поддержу, и выход из любой ситуации найдётся», – говорит специалист.
Она подчёркивает, что если ребёнку грустно и тревожно, важно не отрицать его чувства: «Даже удалённо можно смотреть на плачущего ребёнка и сказать: понимаю, что тебе сейчас грустно. Если хочешь, можешь плакать мне сейчас сколько угодно, не вешая трубку.
По словам Э. Балявичене, дети обычно прекрасно справляются. Тревожные родители заваливают детей сообщениями с бесконечными бесполезными советами, пытаясь таким образом справиться с собственной тревогой, но тогда детям приходится иметь дело с двойной дозой тревоги – своей и родительской, что ещё больше затрудняет адаптацию.
«Когда ребёнок находит важных для него людей и заводит новые отношения, здоровые родители радуются и поощряют его так делать. Однако сами дети могут бояться реакции родителей, а иногда начинают чувствовать, что предают своих родителей, поэтому родителям следует чётко выражать своё одобрение», – говорит психиатр.
Партнеры
MRF
Projektui „Mano Lietuva“ 2025 m. skirtas 15 000 Eur dalinis finansavimas.