Перемены: срок военной службы адмирала флота Г. Прямяняцкаса на посту командующего Военно-морскими силами Литвы заканчивается этим летом, и его сменит не менее опытный коллега. Фото из архива ВМС

Адмирал флота Гедрюс Прямяняцкас, завершающий срок военной службы на посту командующего ВМС Литвы, заверил, что территориальное море страны, исключительная экономическая зона и расположенная в них подводная инфраструктура бдительно охраняются. После широкомасштабного вторжения России в Украину литовским военным морякам есть чему поучиться у украинцев в плане контроля и сдерживания противника в случае необходимости.

Польза от уроков украинцев

– В так называемый мирный период, до 2014 года, деятельность Военно-морских сил Литвы (ВМС Литвы) была, можно предположить, не столь активной с профессиональной точки зрения, как в последнее десятилетие и особенно в последние три года. Как изменилась деятельность ВМС за последние годы?

– После начала российской агрессии в Крыму в 2014 г. была усилена бдительность сил НАТО, пересмотрены тактические, оперативные и стратегические планы. На саммитах НАТО были приняты важные решения о размещении сил сдерживания в восточных странах альянса, граничащих с Россией. Конечно, ритм учений стал более интенсивным. Планы наших ВМС также были пересмотрены и адаптированы к новой реальности, где ясно видны намерения России решать всё силой. В 2022 году, после масштабного вторжения в Украину, ситуация с обеспечением безопасности в регионе ещё более обострилась. И если до 2014 г. больше внимания уделялось миротворческим операциям в Афганистане и других регионах, то сейчас всё внимание сосредоточено на обороне своей страны.

– Украинские военные проявили невероятную изобретательность в этой войне, имея в виду и морские сражения. Имея в своём распоряжении очень небольшой флот, украинцы смогли фактически уничтожить российский флот в Чёрном море. Приходится ли вам контактировать с коллегами из Украины, перенимая их боевой опыт? Если да, то как их опыт может быть полезен ВМС Литвы?

– Украина имела военный флот, часть которого дислоцировалась в порту Севастополя, который Украина делила с Россией. Были случаи, когда в 2014 г. часть украинских военных переходила на сторону противника. Однако с тех пор Украина укрепляла свой военно-морской потенциал. В составе ВМС Украины также есть бригада морской пехоты и другие силы, конечно, не такие многочисленные, как у России, но они есть. Несмотря на разницу в силах, украинцы проявили большую изобретательность. Были приняты успешные оборонительные решения, прежде всего по минированию подступов к Одессе и другим стратегически важным объектам на море, что предотвратило запланированную высадку российских войск на побережье Украины. Была успешно разработана и применена тактика ведения войны с использованием беспилотников, совершенствовались надводные дроны, успешно применялось противокорабельное ракетное оружие, и, как известно, с их помощью был потоплен флагманский крейсер ВМФ России «Москва». Таким образом, украинские войска успешно борются с российским флотом, несмотря на то, что сами не имеют крупных кораблей в Чёрном море. У украинцев действительно есть чему поучиться. Мы находимся в постоянном прямом контакте с руководством ВМС Украины. Не так давно Литву посетила делегация морских офицеров, которые поделились своим опытом. Мы учимся у них, мы наблюдаем, как развивается эта война. И мы делаем определенные выводы. Если бы в нашем регионе началась война, она была бы иной. Мы не должны забывать, что мы являемся членами альянса НАТО. Балтийское море окружено исключительно странами НАТО, у России всего несколько портов. Это означает, что сценарий войны на Балтийском море был бы иным, чем на Чёрном море.

Учения: скоро начнутся ежегодные военно-морские учения трех стран Балтии, на этот раз они пройдут в территориальных водах Литвы. Фото из архива ВМС

– Строят ли украинцы военные корабли для себя во время войны, имеет ли это сейчас смысл?

– Да, они строят корабли, но не в самой Украине, а в Турции, поэтому после войны украинцы планируют усилить свой флот.

– Похоже, морских дронов у них пока достаточно? Как вы думаете, будут ли корабли в морских сражениях когда-нибудь заменены морскими дронами? Если да, то каковы преимущества или недостатки дронов по сравнению с военным кораблем?

– Да, они используют много дронов в сочетании с другими системами вооружения. Однако войну невозможно выиграть только с помощью дронов. Насколько мне довелось общаться с украинцами, они сами понимают, что в будущем им понадобятся военные корабли, которые во взаимодействии с дронами помогут им защитить свою морскую границу.

Для контроля и сдерживания

– Вы упомянули, что подступы к Одессе, побережье Чёрного моря, были заминированы. Когда нам могут понадобиться такие действия?

– Существуют планы обороны, определенный набор предупреждающих индикаторов. В мирное время никто не минирует моря; нужно достичь уровня, на котором различные действия, включая минирование морской границы, будут инициированы в соответствии с планами ограниченного использования и секретными планами обороны.

– Если бы это произошло, был бы противник проинформирован о наличии мин и о том, что ему лучше туда не заходить, или нет?

– Здесь есть тактические вопросы. В некоторых случаях противнику полезно знать, что данная территория заминирована и его действия ограничены. В некоторых случаях лучше, чтобы противник не знал о наличии мин. Всё зависит от ситуации. Мы готовимся к этому, тренируемся, учимся, чтобы при необходимости принять наилучшие меры для контроля и сдерживания врага.

– Нет ли каких-либо международных конвенций, ограничивающих применение морских мин, как, например, Оттавская конвенция по противопехотным минам?

– И Оттавская конвенция не распространяется на все наземные мины, эта конвенция ограничивает применение противопехотных мин, а противотанковые мины не включены в перечень мин, ограничиваемых Оттавской конвенцией. То же самое относится и к морским минам, применение которых не ограничивается Оттавской конвенцией. Конечно, существуют определенные ограничения Международного морского права. Как я уже говорил, в мирное время никто не минирует воды; это делается только в исключительных случаях, когда страна защищается от агрессоров.

– На сайте Министерства охраны края каждую неделю публикуется информация о том, сколько раз истребители воздушной полиции поднимались в воздух для сопровождения российских самолетов, вторгшихся в воздушное пространство Литвы. Случаются ли подобные ситуации на море и приходится ли сопровождать российские суда, вошедшие в территориальные воды или экономическую зону Литвы? Если да, то были ли какие-то исключительные случаи?

– В абсолютном большинстве случаев сопровождение воздушных судов осуществляется при их полётах без транспондера в воздушном пространстве, контролируемом нашей страной. То же самое происходит и на море, речь не идёт о российских военных или иных судах, пересекающих наши территориальные воды. Это для них абсолютно запрещено и может повлечь за собой определенные последствия. Однако российским судам, в том числе военным, не запрещено проходить через нашу исключительную экономическую зону. В исключительной экономической зоне разрешено мирное транзитное судоходство. Конечно, мы следим за ними с помощью наших технических средств, нам известно, где находятся российские суда, и если их прохождение вызывает какие-либо вопросы, наш патрульный корабль следует за ними и сопровождает их, и мы немедленно обмениваемся информацией с нашими партнерами.

– В таких случаях вам приходится контактировать с россиянами?

– Приходится контактировать, в этом случае тоже есть определенные процедуры, определенный алгоритм. Особенно когда российские военные корабли начинают переориентировать наши гражданские суда (что уже случалось не раз), в нашей исключительной экономической зоне под видом проведения каких-либо морских учений. Наши гражданские суда, следующие в Клайпеду или из Клайпеды, иногда получают указания изменить курс, поскольку для них небезопасно следовать по установленному курсу. Для таких случаев установлены процедуры. Мы рекомендуем нашим гражданским судам не следовать российским инструкциям и, при необходимости, сопровождаем наши гражданские суда до тех пор, пока они не покинут нашу экономическую зону. А российские корабли уведомляются о том, что их действия нарушают Международное морское право.

Гедрюс Прямяняцкас: Нам известно, где находятся российские суда, и если их прохождение вызывает какие-либо вопросы, наш патрульный корабль следует за ними и сопровождает их. Фото из личного архива

Охрана своей территории

– Был случай, когда судно-хранилище сжиженного природного газа следовало в другой порт для ремонта, тогда его сопровождал корабль наших ВМС. Была ли такая необходимость?

– Мы и сейчас встречаем суда, перевозящие газ в Клайпедский порт, вблизи нашей исключительной экономической зоны и сопровождаем их к месту назначения в зависимости от ситуации, если Россия проводит учения в море, или если по другим параметрам мы усматриваем повышенную угрозу для этих судов. Эта превентивная мера необходима для избежания помех движению этих судов.

– Бывали ли случаи, когда российские корабли заходили в территориальные воды Литвы?

– Нет, такого случая не было, для этого нужно специальное разрешение, но такие разрешения не выдавались с начала войны в Украине. А когда-то российские корабли тоже участвовали в совместных учениях, но это было в 2000-м, когда геополитическая ситуация была совершенно иной.

– Несколько недель назад эстонские военные моряки задержали судно российского теневого флота. Вы когда-нибудь сталкивались с ними?

– Этот теневой флот – проблема, он используется для обхода санкций в отношении России. Мы вносим свой вклад в решение этой проблемы. В первую очередь отслеживаются суда так называемого теневого флота, конечно, они не имеют разрешения на вход в территориальные воды, но им разрешен проход через международные воды, если они имеют все необходимые документы, страховку, ходят под флагом определенной страны и включены в судовой регистр страны, под флагом которой они ходят. В таких случаях они имеют право на мирное судоходство. Но если они не соблюдают эти требования, как это было в случае с Эстонией, судно исключается из регистра страны, под флагом которой оно ходило, и задерживается. Так как это было судно без флага, а таким судам запрещено проходить вблизи Эстонии, то ВМС Эстонии приняли меры и задержали это судно до устранения всех недостатков.

– Перед Рождеством произошло несколько инцидентов, связанных с повреждением подводных кабелей связи в Балтийском море. Если говорить о ВМС Литвы, приходится ли вам заниматься охраной подводных коммуникаций или других кабелей? Если да, то делается ли это на постоянной основе? Были ли какие-то инциденты?

– Конечно, на государственном уровне, на региональном уровне ВМС даны четкие задачи, мы проводим профилактические осмотры подводной инфраструктуры. После того, как эти кабели были повреждены, мы все их проверили. Выявлены все объекты вблизи кабеля, которые могут представлять для него угрозу. Территории вблизи этих объектов находятся под усиленным наблюдением. Все эти объекты были проверены с помощью гидролокатора. Кроме того, проводится постоянное патрулирование с проверками, не появилось ли возле этого кабеля чего-нибудь нового. Если мы что-то замечаем, для идентификации объекта используется подводный робот, а при необходимости погружаются водолазы. Кроме того, если мы замечаем суда, которые ведут себя нестандартно, проходя мимо нашей подводной инфраструктуры: пытаются замедлить ход или как-то ходят вокруг, для снижения потенциальных угроз мы немедленно принимаем меры – к странно ведущему себя судну направляются наши силы, и устанавливается радиосвязь. Совместно со Службой охраны государственной границы разработан весьма конкретный план действий. Охраняются только территориальное море и экономическая зона. Каждая страна Балтии несет ответственность за своё территориальное море и исключительную экономическую зону.

Силы: ВМС Литвы обеспечивают безопасность не только территориального моря и исключительной экономической зоны страны, но и гражданских судов, заходящих в Клайпедский порт. Фото из архива ВМС

Предстоят военные учения

– Существуют ли сейчас технологии, позволяющие разместить взрывные устройства вблизи кабеля без помощи корабля? Может ли это сделать, например, дрон?

– Пока что без корабля мало что можно сделать. Подводная лодка могла бы выполнить некоторые действия у кабеля. Выследить её будет довольно сложно. Дроны пока недостаточно совершенны, чтобы ими можно было управлять под водой в течение длительного времени, но теоретически их можно использовать для диверсий. Однако ВМС Литвы совместно с партнерами по НАТО также осуществляют мониторинг подводного пространства. Невозможно представить, чтобы подлодка вражеской страны действовала в Балтийском море и никто бы об этом не знал. Сейчас всё видно, конечно, подводные пространства очень обширные, и следить за ними сложно, но по данным разведки ведется мониторинг конкретных районов, где вероятны какие-то недружественные действия. Возможностей для непрерывного мониторинга всего подводного пространства нет и вряд ли появятся в будущем.

– Недавно были опубликованы выводы расследования, в которых говорится, что китайское судно, оборвавшее кабели в Балтийском море, невиновно в том, что протащило якорь по морскому дну на несколько десятков километров. Как это может быть?

– Есть определенные аспекты. Во-первых, Международному морскому праву уже более 40 лет, и во время его разработки невозможно было предвидеть все гибридные угрозы подводной инфраструктуре, которые возникают сегодня. Это право не охватывает все возможные случаи. Другая проблема – очень сложно доказать, что суда, которые оборвали кабели, волоча якорь по дну, сделали это намеренно. Вполне возможно, что некомпетентный экипаж спустил якорь в воду и не заметил, что он волочится по дну. Поэтому довольно сложно доказать, что виновный действовал злонамеренно по чьему-то указанию.

– Трудно поверить, что экипаж судна, идущего с брошенным якорем, не почувствовал неладного.

– Мне тоже трудно в это поверить, но это уже вне компетенции ВМС. Мы можем только радоваться, что кабели на нашей территории не были повреждены, и мы вносим свой вклад в предотвращение подобных преступлений.

– Если говорить о теневом российском флоте, то, может быть, он занимается не только транспортировкой нефти в обход санкций или диверсиями, но и разведкой?

– Теоретически любое недружественное судно может заниматься наблюдением или другой подобной деятельностью, но существует Международное морское право, и каждое судно имеет право идти в международных водах и следовать своим собственным маршрутом. И если суда соответствуют формальным требованиям – имеют страховку, флаг и необходимые сертификаты – они не могут быть каким-либо образом юридически ограничены. Действует усиленная презумпция невиновности.

– Скоро опять пройдут военные учения «Open Spirit», на этот раз у берегов Литвы?

– Да, учения проходят ежегодно в трёх странах Балтии, а раз в три года – в Литве. В этом году они пройдут в наших водах. Одним из направлений учений станет проверка и защита критически важной подводной инфраструктуры.

авторизуйтесь

Label

{} [+]

имя*

электронная почта*

Label

{} [+]

имя*

электронная почта*

0 комментариев

Межтекстовые Отзывы

Посмотреть все комментарии