Мятеж советских времён всё ещё окутан туманом
- Четверг Ноябрь 27th, 2025 09:49
История: В. Саблину в 1975-м было 36 лет. За участие в мятеже, вспыхнувшем на советском военном корабле «Сторожевой», он был расстрелян. Фото из «Livejournal» и книги А. Майданова «Прямо по курсу – смерть»
9 ноября исполнилось 50 лет с тех событий, которые клайпедчанин Владимир Коваленко не может забыть и по сей день, поскольку и сам отчасти оказался их очевидцем. В 1975 году из устья реки Даугавы в Риге без разрешения вышел в Балтийское море советский военный корабль. Это было восстание, направленное против коррумпированной и стагнационной верхушки брежневского государства.
Неужели война?
Как раз тогда В. Коваленко служил в Лиепае судовым фельдшером в бригаде кораблей охраны водного района.
Это была флотилия малых противоминных кораблей и охотников за подводными лодками.
«Помню, тогда на годовщину Октябрьской революции 7 ноября вместе с выходными выпало три нерабочих дня. Поэтому 9 ноября был день тяжёлого похмелья. Рано утром, где-то в 5.30 была объявлена боевая тревога. Для нас это было обычным делом, комбриг мог объявить тревогу просто из-за плохого настроения или ссоры с женой. Но на этот раз мы получили приказ подготовить боевые снаряды. Первая мысль – война. В то время генерал армии Епишев каждый день трубил: «Товарищи, усиливается угроза с Запада». Хотя мы знали, что китайцам война не нужна, а тем более – европейцам. Но кто мог знать, что взбредёт в голову советским идиотам, от них можно было ждать чего угодно», – делится воспоминаниями В. Коваленко.
Отбой тревоги прозвучал около восьми часов утра.
По словам клайпедчанина, согласно указанию, из военного порта Лиепаи вышли в море два дежурных корабля.
Третий остался у причала, так как не смог запустить главный двигатель. В то утро командир корабля по судовой радиосвязи многократно повторил все известные ему матерные выражения.
Как вспоминает В. Коваленко, те два корабля вернулись только во второй половине дня, а до того он и его сослуживцы пребывали в жутком напряжении, поскольку не знали, что происходит.
Свидетельство: в 1975 году В. Коваленко был ещё совсем молодым военным фельдшером, но он хорошо помнит те события. Фото из личного архива
Слухи и догадки
«Мы тайком пытались слушать, что сообщают западные радиостанции, но оттуда доносилась только спокойная музыка, не было никакой информации об угрозе», – продолжает В. Коваленко.
«После завтрака помполит (помощник командира по политической части) принёс известие, что какой-то противолодочный корабль «Сторожевой» грубо нарушил режим плавания. Наши офицеры решили, что перепившийся экипаж корабля посадил судно на мель, – вспоминает В. Коваленко. – Один из офицеров обмолвился, что наш заместитель начальника политпросвета – лучший друг замполита с этого корабля. Мол, когда корабль будет отбуксирован в Ригу, он узнает все подробности у своего друга. Чуть позднее пришёл сотрудник особого отдела, курировавший наш экипаж, и велел каждому подписать обязательство о неразглашении секретной информации. Когда мы поинтересовались, что это за секретная информация, он отрезал: «Не ваше дело».
Лишь к вечеру пошли слухи о том, что на корабле «Сторожевой» всё не так просто. Якобы сионисты втёрлись в судовую команду и устроили бунт с целью угнать военный корабль в Швецию.
Вечером с вахты вернулся ещё один из наших и принёс свежие новости: два офицера особого отдела вывели с борта того человека, который назвал себя другом замполита на «Сторожевом», заодно они забрали и его портфель».
Через пятнадцать лет
Настоящая правда о том, что произошло на упомянутом корабле, стала известна лишь через пятнадцать лет, во времена Михаила Горбачёва.
В 1992 году В. Коваленко купил изданную в Риге книгу Андрея Майданова о событиях в Балтийском море 8–9 ноября 1975 года, которые могли вызвать Третью мировую войну.
Примерно в это же время вышла и книга другого автора, а также появилось немало публикаций в печати.
На Западе об этом восстании стало известно благодаря роману Тома Клэнси «Охота за „Красным октябрём“», изданному в 1984 году. В 1990 году по мотивам этого романа был снят фильм. Правда, факты, изложенные в книге и в фильме, были сильно искажены.
Российские авторы утверждают, что инициатор мятежа замполит капитан третьего ранга Валерий Саблин был идеалистом и верил, что, следуя ленинскому курсу, можно создать идеальное государство, а пагубное руководство Леонида Брежнева ввергло Советский Союз в пучину коррупции и привело к упадку.
В. Саблин был офицером военно-морского флота в третьем поколении. Его карьера складывалась на удивление успешно – в 36 лет он уже был заместителем командира противолодочного корабля по политическим вопросам – замполитом.
Владимир Коваленко: Мы тайком пытались слушать, что сообщают западные радиостанции, но оттуда доносилась только спокойная музыка. Фото Витаутаса Ляуданскиса
Несогласных – под ключ
В 1975 году у В. Саблина уже имелось несколько заранее подготовленных политических речей, он планировал взять на себя командование кораблём, проследовать в Ленинград (ныне – Санкт-Петербург) и там поднять восстание против власти.
Вечером 8 ноября В. Саблин под ложным предлогом заманил командира корабля в акустический отсек и запер на ключ.
В беседе с судовыми офицерами он попросил их определиться, хотят ли они присоединиться к мятежу. Офицеры, которые отказались это сделать, а таких оказалась половина, тоже были заперты, насилие по отношению к ним не применялось.
На корабле не было снарядов, так как судно готовилось к ремонту.
Весь рядовой состав поддержал В. Саблина. Моряки прониклись его пламенной речью и были согласны с его планом.
Только старший лейтенант Владимир Фирсов и его подчинённый матрос по швартовому концу спустились на пришвартованную рядом подводную лодку и сбежали, чтобы доложить о мятеже. Командир подлодки не сразу поверил морякам со «Сторожевого», однако когда тот поднял якорь, все сомнения отпали и подводник сообщил о ЧП на корабле флотскому командованию.
В 2 часа ночи 9 ноября «Сторожевой» проследовал из Даугавы и покинул берега Риги. Через час была начата масштабная операция по его перехвату. Вдогонку было брошено несколько кораблей погранвойск и Балтийского флота, по боевой тревоге был поднят бомбардировочный авиационный полк.
В. Саблин понял, что у него нет времени, чтобы напрямую взять курс прямо на Ленинград, и направил корабль через Ирбенский пролив, следуя между островом Сааремаа и побережьем Латвии на запад, в направлении международных вод.
В это время с борта корабля «Сторожевой» началась трансляция заранее записанного сообщения В. Саблина, которое услышало и руководство СССР. Л. Брежнев приказал подвергнуть корабль бомбардировке и затопить.
Подавление мятежа
Корабль мятежников был окружён другими кораблями ВМФ, самолёты легли на боевой курс. Однако один из бомбардировщиков по ошибке атаковал советский сухогруз «Волго-Балт 38», следовавший из Вентспилса в Финляндию, и повредил его осколками бомб. Несколько бомб упало и рядом со сторожевым кораблём «Комсомолец Литвы», который тоже получил повреждения, на нём вспыхнул пожар.
Не ушёл от бомбовых ударов и «Сторожевой». Пострадала корма корабля, была повреждена рулевая система и двигатель. В результате корабль стал описывать широкую циркуляцию и застопорил ход.
Во время обстрела группа матросов проникла в арсенал, вооружилась и освободила командира корабля и офицеров. Командир ворвался на ходовой мостик, выстрелил В. Саблину в ногу и вернул себе управление кораблём. Правда, позднее этот выстрел вышел ему боком, его обвинили в том, что он не пристрелил мятежника.
Вскоре на командный пункт флота пришла радиограмма, в которой командир корабля рапортовал, что корабль остановлен, ситуация под контролем. Так закончился мятеж на «Сторожевом».
В это время судно находилось в международных водах, примерно в 21 морской миле от территориальных вод Советского Союза и в 50 морских милях от Швеции.
К борту «Сторожевого» прибыли патрульные корабли КГБ, экипаж был арестован.
Позднее была сфабрикована история о сионистах на борту, к которой приобщили подчинённого В. Саблина – двадцатилетнего матроса Александра Шеина, назвав его евреем, хотя по национальности он русский.
Могила неизвестна
Раненого В. Саблина сняли с борта корабля на носилках, вместе с ним и А. Шеиным было арестовано ещё двенадцать моряков, активно поддержавших мятеж. Все они были доставлены в Москву и помещены в Лефортовскую тюрьму КГБ.
Инициатор мятежа отрицал обвинение в предательстве родины, утверждая, что он стремился спасти советский социализм и не собирался предавать родину.
13 июля 1976 года В. Саблин был признан виновным и приговорён к смертной казни за предательство родины. Его подчинённый А. Шеин признался в том, что помог В. Саблину совершить предательство и нарушил присягу. Он был осуждён на восемь лет лишения свободы.
Позднее А. Шеин очень сожалел о своём признании и через пятнадцать лет сам стал открыто рассказывать правду о тех событиях.
Смертный приговор В. Саблину был приведён в исполнение 3 августа того же года – в подвале Лефортовской тюрьмы одним выстрелом в голову. Место его захоронения до сих пор неизвестно.
Старший брат В. Саблина узнал о том, что приговор приведён в исполнение, из сообщения, которое получил только через полгода. Жене В. Саблина стало известно о смерти мужа лишь от его брата.
Отец Валерия скончался, так и не дождавшись вестей о судьбе сына, а мать ушла из жизни спустя полтора года.
Целых полгода родственники писали письма во всевозможные инстанции с просьбой о помиловании осуждённого, но ответа так и не получили.
Подозрения в заговоре
В 1994 году военная коллегия Верховного суда Российской Федерации пересмотрела дело В. Саблина «с учётом новых обстоятельств» и переквалифицировала его с измены родине на статьи о воинских преступлениях – превышение власти, неповиновение и сопротивление начальству, по совокупности которых приговор был изменён на 10 лет лишения свободы. При этом было указано, что ни В. Саблин, ни его соратник А. Шеин полной реабилитации не подлежат.
Сегодня, спустя много лет после этих событий, клайпедчанин В. Коваленко уверен, что этот мятеж был лишь частью более масштабного плана, а его режиссёром был Юрий Андропов, который в 1967–1982 гг. занимал пост председателя КГБ, а с 1973 года являлся одним из самых влиятельных членов Политбюро Центрального комитета Коммунистической партии Советского Союза и фактически руководил страной в последние годы жизни Л. Брежнева.
Представители старшего поколения ещё помнят те времена, когда Ю. Андропов, став после смерти Л. Брежнева главой государства, принялся наводить в стране порядок.
Люди ощутили это на себе, когда начались массовые проверки: кто в разгар рабочего дня проводит время в кинотеатрах, сидит в парикмахерских и кафе, кто пьянствует и развлекается.
Как считает В. Коваленко, сценарий восстания был тщательно спланирован, не исключено, что было согласовано и намерение вывести рабочих ленинградских промышленных предприятий на улицы с целью сымитировать желание народа изменить жизнь в стране.
Это могло стать поводом, чтобы отправить Л. Брежнева на пенсию. А когда восстание провалилось, его главный организатор поджал уши в ожидании лучших времён.
Партнеры
MRF
Projektui „Mano Lietuva“ 2025 m. skirtas 15 000 Eur dalinis finansavimas.