Опыт оккупации – из уст украинцев
- Понедельник Сентябрь 29th, 2025 12:31
Совет: украинцы на собственном опыте убедились, что готовиться ко дню Икс нужно уже сегодня, потому что когда он придёт, готовиться уже будет некогда, придётся действовать. Фото Zuma
Люди из Украины желают Литве избежать участи их страны, но при этом твердят: «Вы уже сегодня должны решить, что станете делать. 90 проц. украинцев не верили, что будет война. Мы были не готовы. У вас есть НАТО, но вы должны быть готовы и сами».
У оккупантов будут списки
Для участия в конференции «Опыт Украины – Литве» в нашу страну из Украины приехали представители муниципальной власти, бизнеса, просвещения. Разместившись в одной из гостиниц, они сразу же заметили отсутствие указателей расположения убежищ.
Такие указатели они тщетно искали взглядом и в других местах.
«Литва должна быть готова – война начинается с внутренней дестабилизации, с внутреннего раскола, инфильтрации агентов в разные группы. Не сомневаюсь, что таковые есть и в Литве. Они готовятся к активной фазе оккупации», – предостерегает Вячеслав Рублёв, депутат Верховной Рады Украины, экономист, участник восстановления государства и помощи сообществам.
По его словам, мы должны понимать, что с приходом оккупантов у них уже будут списки активных общественных деятелей, патриотов, членов Сейма, представителей местных властей.
Опираясь на собственный опыт, В. Рублёв отметил, что целью оккупационных сил в Украине было склонить местные власти к сотрудничеству и тем самым оправдать свои действия, своё появление в чужой стране. Показать, что местная власть и народ якобы поддерживают оккупантов, будто они пришли защитить местное население.
«Гарантирую, что и сегодня в Литве работают люди, которые формируют эти списки. Когда придут оккупанты, у вас не будет технических возможностей что-то сказать или доказать. Вы окажетесь перед выбором: либо встать на сторону своих людей и быть готовыми думать о том, как о них позаботиться, либо всё бросить и бежать», – В. Рублёв призывает принять решение уже сегодня.
Таким образом, выбор весьма чёткий: плюнуть на всё и искать для себя безопасное место или остаться и взять на себя ответственность и заботу о других.
«Мы приехали, чтобы рассказать вам, что это не сказки, вы должны всё обдумать и быть готовыми. Если вы полагаете, что оккупант просто поднимет свой флаг, и вы сможете продолжать жить, как обычно, то вы ошибаетесь, – подчеркнул В. Рублёв. – У меня выбора не было. Я остался. Не уехал. На третий день оккупации попал в плен, сидел в Донецке в подвале с мешком на голове».
Опыт: представители разных украинских инстанций признают, что не были готовы ко вторжению, и призывают Литву не повторять их ошибки – уже сегодня принять нужные решения и начать действовать. Фото Эдгараса Цицкявичюса
За несколько часов
Как признаются представители украинской делегации, рассказывая сегодня о пережитой реальности, каждый из них до сих пор чувствует, как по телу пробегает дрожь.
«В нашей деревне и её окрестностях проживало 17 тыс. человек. Это на участке между Крымом и Мариуполем, на расстоянии 10 км. Мы никогда не думали о том, что нас могут оккупировать, поскольку наступление ожидалось с северной стороны, где целенаправленно были установлены мощные оборонительные сооружения. Наш посёлок географически находится с южной стороны. Как известно, Украина подверглась атаке со всех сторон. Когда мы осознали, что началось вторжение, из Крыма в направлении Мариуполя двинулась колонна и через несколько часов мы были окружены. У нас не было возможности эвакуироваться. Когда речь идёт об автобусах и прочей технике для эвакуации людей, то это хорошо, но в нашем случае это не сработало», – продолжает свой рассказ В. Рублёв.
Он обрисовал и наиболее реальный сценарий: оккупанты придут, отправят активных представителей общества за решётку, за них возьмутся сотрудники ФСБ – будут бить, пытать, калечить, чтобы склонить к сотрудничеству.
Другой вариант, на который чаще всего люди и рассчитывают – мол, отсидимся, нас не тронут.
Но как показывает опыт украинцев, всему мужскому населению придётся идти воевать за оккупантов, их будут запугивать и заставлять убивать своих соотечественников.
Третий вариант: всё ваше имущество будет национализировано и отдано оккупантам.
«Мой дом по решению суда оккупационных властей был национализирован. Задумайтесь, что вас ждёт. После оккупации не будут действовать никакие законы, не будет демократии, никаких прав человека, вас заставят отказаться от своего имущества, вы станете рабами. Вы должны понимать и то, что те, кто согласится сотрудничать с оккупантами, станут предателями в глазах собственного народа, но и оккупанты таких особо не жалуют – их всё равно отправят за решётку и уничтожат», – рисует чёрные уроки истории В. Рублёв.
Если всё шло своим чередом, а потом вдруг было уничтожено, на следующий день всё равно наступает рассвет, и мэру города придётся выйти к людям, чтобы они видели – он не сбежал, он готов решать проблемы, даже при отсутствии какой-либо связи с внешним миром. У мэра не будет возможности кому-то позвонить и посоветоваться, что делать.
«В такой момент понимаешь, что должен взять ответственность на себя, что твои решения и действия могут быть непопулярны, даже если они и правильны. Нужно созвать людей, объединить их, сформировать штаб, привлечь предпринимателей, учёных, общественность. Одним словом, взять руководство в свои руки. Надеяться на помощь военных в такой ситуации бессмысленно, ведь на оккупированной территории их попросту нет. Мы это прошли. Если вы думаете, что придут оккупанты и всё будет в порядке, то вы ошибаетесь», – сказав это, В. Рублёв пожелал Литве никогда не пережить подобное.
Кто остался на оккупированной территории? Местная власть и люди. Связь с внешним миром прервана, не было электричества, газа. Магазины не работали, снабжение прекратилось. Полная изоляция территории, где оставались люди.
«Выбор остаться с людьми дорого мне обошёлся – ущерб здоровью, уголовное дело, преследование, пытки в подвале и крайне тяжёлый отъезд вглубь Украины в крытой машине с семьёй и другими беженцами. Всё это ждёт представителей местной власти, которые решат остаться с людьми», – констатировал В. Рублёв, призвав основательно всё обдумать.
Потребность и в гробах
Но люди всё-таки дожили до того момента, когда их эвакуировали с оккупированной территории. Всё это время местные власти играли главную роль, решая вопросы выживания в условиях, когда нет воды, электричества, газа.
В. Рублёв рассказал о том, как собирали ветеранов полиции, как удалось найти несколько автоматов и организовать дежурства по ночам, чтобы предотвратить грабежи, охранять магазины, аптеки – то, что являлось чьей-то собственностью.
«Была сформирована комиссия, которая взяла на себя личную ответственность. К примеру, сегодня мы открываем какой-то один магазин, берём муку и отправляем в пекарню, которую обеспечиваем электрогенератором, поскольку электричества в пекарне нет, и гарантируем, что ночью пекарня будет печь хлеб. А утром обеспечиваем этим хлебом людей», – продолжает В. Рублёв.
По решению комиссии открывались бензоколонки, оттуда брали топливо и поставляли сначала в больницы, старостам, генераторами обеспечивались и оборудованные в подвалах школы.
А потом удалось взломать телекоммуникационную башню и, подсоединив генератор, восстановить связь с внешним миром.
«Это и есть оккупация, вы должны быть к этому готовы. Мы открыли социальную столовую. Подключили предпринимателей, фермеров, владельцев магазинов, которые входили в штаб, вместе принимали решения – мэр руководил распределением обязанностей, кто за что будет отвечать. Нужно подумать и о том, что, возможно, придётся хоронить умерших. У нас даже гробов не было. Приходилось решать простые жизненные вопросы, – поведал В. Рублёв, ещё раз подчеркнув, что люди не поймут, если мэр будет где-то прятаться и давать указания на расстоянии. В случае оккупации необходимо руководство и ответственность со стороны местной власти. – Думаю, Украину спасло и то, что центральная власть приняла закон о децентрализации, местные власти получили право решать проблемы исходя из потребностей конкретного района. Жизнь продолжается в любых условиях. Поэтому, повторяю, необходим штаб, который принимает решения, координирует задачи».
Война объединила людей
«Слово „война“ всех объединило, в одно мгновение все стали одной семьёй», – отметил Александр Ростовцев, эксперт по укреплению гражданской защиты и устойчивости общества, депутат райсовета и заместитель мэра Вышгородского района, который находится недалеко от Киева и располагает гидроэлектростанцией.
Он акцентировал внимание на том, что определённую подготовительную работу необходимо провести уже сегодня: вместе с предпринимателями сесть за стол и обсудить маршруты, наличие техники, складов, подвалов и их содержимое.
«В первые дни войны нам требовалось очень много разной техники. Предприниматели открыли свои склады, офисы, и мы работали вместе. Вы уже сегодня должны знать, что вам может пригодиться, – продолжает А. Ростовцев. – Цель врага – стратегические объекты. Оборона и защита ГЭС станут делом властей, но уже сегодня вы должны подумать о том, как защищать трансформаторные станции. Мы обнесли их бетонными блоками, и это помогло. Муниципальные власти должны позаботиться о гражданском населении, а военные должны знать, к кому из предпринимателей обратиться и какую технику они могут предоставить. Если в доме имеется подвал, там должно быть место, чтобы могли спрятаться люди, ведь если ближайшее укрытие находится в километре от вас, то до него можно и не успеть добежать».
Украинцы подсчитали: от границы с Беларусью до Вильнюса всего 36 километров. Это незначительное расстояние, ведь в случае Украины в первый день было оккупировано 120 км территории.
«Самое главное – подготовить помещения, где смогут укрыться люди, а лучше всего – эвакуировать население», – излагает А. Ростовцев.
Новой реальностью, изменившей ход войны, стали дроны. По словам украинцев, всё остальное не столь эффективно.
«Ежедневно Россия производит тысячу дронов «Shahed». Этого достаточно, чтобы всё утонуло в огне», – говорят украинцы.
Поэтому сотрудничество властей с наукой и бизнесом должно быть не теоретическим. Потребовалось время, пока украинцы сами занялись производством дронов, но у невоюющей страны есть возможность подготовиться к такому производству, особенно с учётом того, что агрессор дышит ей в спину.
«Четыре года назад дронов у нас не было. Сейчас мы производим их сами. Университеты сотрудничают с военными. Финансирование на военные нужды вам необходимо сегодня. Уже сегодня все вы должны учиться оказывать первую помощь, учиться прятаться», – делится советами профессор Ирина Вахович, доктор экономических наук, ректор Луцкого национального технического университета.
По её словам, с началом войны профессора, которые ещё накануне преподавали студентам, уже на следующий день готовили «коктейли Молотова» и вместе со студентами плели маскировочные сетки.
В опустевших студенческих общежитиях были размещены военные, люди кормили их пищей, которую готовили сами. Но чтобы всё шло без срывов и напряжения, многое должно быть обдумано заранее.
Партнеры
MRF
Projektui „Mano Lietuva“ 2025 m. skirtas 15 000 Eur dalinis finansavimas.