Победителей не судят?
- Суббота Март 15th, 2025 06:00
Личность: деяния патриарха Сергия (И. Н. Страгородского) остаются дискуссионными до сих пор. Для одних он был великим деятелем Церкви, спасшим её в наиболее трудные годы воинствующего богоборчества, а для других – человеком, пошедшим на неприемлемые уступки власти и тем самым превратившим Церковь в послушное орудие Советского государства. Фото Wiki
Мог ли Иосиф Виссарионович Джугашвили (1878–1953) после внезапного нападения Третьего рейха (22 июня 1941 г.) посетить Божий дом и исповедаться в своих грехах, как это утверждала представительница рода Эгнаташвили (один из его представителей когда-то спонсировал родителей Йоси, и даже ходили разговоры, что он мог быть отцом будущего диктатора) в документальном фильме ВВС «Сталин: Внутри террора» («Stalin: Inside the terror», 2003)?
Мы можем никогда и не узнать точный ответ на этот вопрос, однако факт состоит в том, что в годы Второй мировой войны (1939–1945) отношения между властями СССР и Русской православной церковью стали заметно улучшаться.
В течение более двух десятилетий советская власть активно старалась вытеснить из жизни общества практически все крупные религии и укоренить у своих подчинённых атеистическое и марксистское мировоззрение, однако в конце концов после долгого перерыва, 8 сентября 1943 года, получив политическое благословение самого Кремля, в одном месте собрались 19 российских православных священнослужителей высокого ранга и наконец выбрали своего главного лидера конфессии национального уровня.
Им стал Иван Николаевич Страгородский (1867–1944), известный также под религиозным именем патриарха Сергия.
Это означало, что структуры власти СССР приглушили свою открытую агрессию в отношении Русской православной церкви и вернулись к византийской практике, которая соблюдалась в годы монархии.
Во времена царской России человек, восседавший на престоле, был, пожалуй, самой могущественной персоной в государстве. Сфера его власти затрагивала не только области мирской и политической жизни, но и деятельность религиозных инстанций, поэтому лицо, исполнявшее обязанности царя, нередко могло навязывать свою волю служителям Божьим или использовать их инстанцию для решения политических дилемм.
С началом создания нового утопического коммунистического строя и нового вида людей главное идеологическое место было отдано доктринам марксизма, однако после развала СССР пошли разговоры о сотрудничестве вышестоящего русского православного духовенства с Комитетом госбезопасности (КГБ), и это позволяет предположить, что между некоторыми представителями православного духовенства и советскими структурами власти были особо тесные связи.
Другое утверждение, которое не вызывает никаких сомнений, это то, что исповедование грехов Йосей (если таковое действительно было) ничуть не помешало ему продолжать совершать преступления такого же масштаба и характера, какие он собственными или чужими руками совершал до 22 июня 1941 г.
Бывший фельдшер Александр Николаевич Поскрёбышев (1891–1965) был одним из тех людей из ближнего окружения Йоси, которым за два десятилетия удалось избежать каких-либо репрессий и чисток и остаться возле хозяина Кремля.
Он исполнял обязанности личного секретаря царя, и у него была любимая жена семитского происхождения врач Бронислава (1910–1941) Она боготворила начальника своего мужа и, как уверяли некоторые сплетники, с высокой долей вероятности даже завязала с ним короткий роман.
Однако к середине весны 1939-го она была арестована, её обвинили в благосклонности ко Льву Давидовичу Бронштейну(1879–1940) и расстреляли 13 октября 1941 г. (чуть ранее в том же году был расстрелян и брат первой жены Йоси, представитель рода Сванидзе Александр Семёнович (1886–1941), у которого в юности тоже были тёплые отношения с царём).
В последующие годы войны, когда весы фортуны всё больше склонялись в пользу союзников, Иосиф Виссарионович смекнул, что человека, одержавшего победу над Третьим рейхом, никто не осмелится обвинить или судить, поэтому в конце концов решился на одно из самых страшных своих преступлений.
С 1941-го по 1953-й бичом сталинских репрессий были нанесены особенно болезненные удары по полякам, эстонцам, латышам, литовцам, крымским и кавказским грекам, поволжским немцам (их предков некогда пригласила сюда немка София (1729–1796), ставшая владычицей России, а режим Йоси считал их потенциальными коллаборационистами), а также по ингушам, чеченцам и крымским татарам. Большинство представителей этих народов были сосланы в Сибирь или Центральную Азию.
Под конец Второй мировой войны произошло ещё и то, что можно назвать самым странным и комичным политическим грехом Иосифа Виссарионовича.
Тувинская Народная Республика была юридически (де-юре) несуществующим государством, самостоятельность которого признали всего два государства – Монголия и Советский Союз. В течение нескольких столетий Тува была частью Монголии, однако в конце концов в начале 10-х годов ХХ века она стала фактически (де-факто) независимым государством.
Спустя несколько лет, в канун Великой войны (1914–1918) она попала в зону влияния царской России, однако после падения царского режима вновь стала независимой. Наконец, ещё через несколько лет, в Туве воцарились левые силы, а в 1921-м миру наконец-то было объявлено о создании социалистической Тувинской Народной Республики.
Более двух десятилетий Тува, славящаяся манерой горлового пения, существовала как автономное экзотическое недоразумение, находившееся под сильным влиянием Советов, пока в конечном итоге осенью 1944-го оно не было включено в состав СССР.
Как гласит официальная версия, Тува, как и Балтийские государства, вступила в СССР «добровольно», однако не следует исключать допущение, что всё это могло быть как-то связано с полезными ископаемыми (углём, золотом или ураном).
Партнеры
MRF
Projektui „Mano Lietuva“ 2025 m. skirtas 15 000 Eur dalinis finansavimas.