Все славьте Тайвань?
- Пятница Февраль 4th, 2022 20:47
Везение: Тайвань – та местность, до которой не дошла чума коммунизма. Фото worldatlas.com
Тайвань не является ещё одним амбициозным краем, жители которого, заработав много денег, внезапно вспомнили о своей этнической исключительности (как Каталония или Шотландия). Ситуацию Тайваня нельзя сравнивать с Косово, Кашмиром, Сектором Газа или Западным берегом реки Иордан, поскольку это не является спором из-за земли двух соседей, исповедующих разные религии.
Тайвань, некогда прозванный прекрасным островом (Ilha formosa), также не следует ставить в один ряд с сепаратистскими народными республиками в Грузии или Украине, основанными деятелями, которые исповедуют сексуальный культ Валерия Меладзе (1965) или Филиппа Бедросовича (1967).
Политическое положение Тайваня (Китайской Республики) и его отношения с большевистским режимом (Китайской Народной Республикой) лучше всего передают первые строки из пьесы «Макбет» (Macbeth, 1606), приписываемой Уильяму Шекспиру (1564–1616):
«Когда средь молний, в дождь и гром/ Мы вновь увидимся втроем?/ Когда один из воевод/ Другого в битве разобьет».
Революция в Китае началась не тогда, когда апостол Мао (1893–1976) испытал первую эрекцию, читая бредни Карла Генриха Маркса (1818–1883), и не тогда, когда заразившиеся красной чумой кретины принялись размахивать на улицах Китая цитатником Мао и кричать что-то прохожим.
Китайская революция началась тогда, когда умеренные правые буржуа-националисты достаточно мирно ликвидировали институт монархии, правивший землями Китая в течение нескольких тысячелетий. Началась модернизация края. Сначала выдвинулся Сунь Ятсен (1866–1925), которого некоторые связывают с разными тайными обществами, напоминающими масонские, стремившимися свергнуть маньчжурскую династию в Китае, считавшуюся чужеземной.
Затем у власти оказался Юань Шикай (1859–1916), который ненадолго провозгласил себя императором, а чуть позже возвысился Чан Кайши (1887–1975).
Бушевавшие в Китае ветры перемен не принесли всем желанного счастья, поэтому вскоре головы начали поднимать сторонники коммунизма. Сначала праве и левые сотрудничали, потом – воевали.
Летом 1937 года в Китай стали рваться силы Японской империи, поэтому левые и правые ненадолго прекратили внутренние свары. В годы Второй мировой войны (1939–1945) вопрос о будущем Китая постоянно просачивался в дискуссии западных союзников, однако борьба с Третьим рейхом и Японией отодвигала эту тему на четвёртый план.
«С Чан Кайши я встретился впервые. На меня произвел впечатление его спокойный, сдержанный и деловой нрав. Тогда он находился на пике своего могущества и славы. В глазах американцев Чан Кайши был одним из наиболее влиятельных факторов мира. Борец за «новую Азию». Определенно непоколебимый защитник Китая от японского вторжения. Суровый антикоммунист. Среди американцев было широко распространено мнение, что после победы в этой войне он возглавит четвертую силу мира. С тех пор многие, кто в то время придерживался такой точки зрения и таких ценностей, от них отреклись. Хотя я тогда так высоко не оценивал силу Чан Кайши или полезность Китая в будущем, я бы обратил внимание на то, что генералиссимус всё еще стремится к тем же некогда столь широко прославившим его целям. Однако теперь в его собственной стране над ним одержали победу коммунисты, и это очень плохо. Я с удовольствием побеседовал с госпожой Чан Кайши, мне она показалась удивительной и обаятельной. Рузвельт позаботился о том, чтобы нас всех вместе сфотографировали во время одной из встреч на президентской вилле, и хотя многие из прежних поклонников генералиссимуса теперь считают его и его супругу безнравственными и коррумпированными реакционерами, мне приятно иметь этот снимок в качестве сувенира», – рассказывал в шестой главе четвертого тома своих мемуаров питбуль британской политики сэр Уинстон Леонард Спенсер Черчилль (1874–1965).
По окончании Второй мировой войны схватки левых и правых в Китае возобновились. После так называемой Хуайхайской кампании (ноябрь 1948 г. – январь 1949 г.) многим стало ясно, что Китаем будут править большевики, однако триумф красных нельзя было считать абсолютной победой, поскольку коммунистам не удалось полностью уничтожить своего врага.
Чан Кайши бежал, а вместе с ним отступило почти два миллиона человек. Укрепившиеся на острове Тайвань китайские правые создали свой маленький мирок, который, в настоящее время, даже не имея официального статуса государства, является одним из наиболее прогрессивных, богатых и развитых краев мира. Его сравнивают с Японией, Сингапуром, Южной Кореей и находившимся под управлением британцев Гонконгом.
Сначала некоторые государства не признавали коммунистическую власть и считали представителей Тайваня настоящими хозяевами Китая, однако в начале 70-х годов ХХ века ситуация изменилась.
«С самого первого дня мы с президентом Никсоном стремились восстановить мир на планете. Мы узнали, что Советский Союз и Китай были скорее врагами, чем союзниками. Видели, что сложившиеся обстоятельства представляют угрозу естественному мировому порядку. Китай словно выпал из сети международных отношений. Наш план – вернуть его на международную арену, чтобы Советскому Союзу было из-за чего беспокоиться. От этого замысла мы ждём и другую выгоду. Быть может, после улучшения отношений с китайцами им удастся убедить вьетнамцев уступить на переговорах», – уверял акробат «Realpolitik» Генри Альфред Киссинджер (1923).
Во втором десятилдетии XXI в. ситуация еще раз перевернулась вверх ногами, поскольку всё больше говорилось о конфронтации Соединенных Штатов Америки и Китайской Народной Республики.
В декабре 2016 г. президент Тайваня г-жа Цай Инвэнь (1956) решила позвонить эксцентричному Дональду Джону Трампу (1946) и тот поднял трубку, а о разговоре сообщил в своем «Твиттере».
Почему? Да потому, говоря на жаргоне рэперов, что это Соединенные Штаты Америки, сука, а не какой-то подмосковный базар, и если усердный клиент, покупающий у тебя оружие и технику на сотни миллионов долларов, звонит тебе, чтобы поздравить тебя со свадьбой дочери или рождением первого внука, ты обязан поднять трубку.
Партнеры
MRF
Projektui „Mano Lietuva“ 2025 m. skirtas 15 000 Eur dalinis finansavimas.