Последствия войны – картины, которые невозможно забыть
- Воскресенье Декабрь 18th, 2022 08:00
Террор: под обломками трагически известного Мариупольского театра оказалось погребено свыше пятисот человек, среди которых было много детей. Фото «Scanpix»
A girl sits in the improvised bomb shelter in Mariupol, Ukraine, Monday, March 7, 2022. (AP Photo/Evgeniy Maloletka)
Детский психиатр из Мариуполя украинец Александр Кустодинчев вот уже три месяца работает в Литве, помогая своим соотечественникам – военным беженцам. Медик зафиксировал парадоксальный случай: юноша, у которого раньше было много проблем с психическим здоровьем, оказавшись в зоне боевых действий, не только сумел выжить, но и выздоровел на фоне стресса. По словам психиатра, это один из тех редких примеров, когда война оказала положительное воздействие на больного человека, обычно бывает наоборот.
Странные совпадения
А. Кустодинчев приехал в Литву в конце августа. Его, как и ещё двух его коллег, тоже врачей-психиатров, пригласили в Литву помочь в работе с белорусскими и украинскими военными беженцами, пережившими психологические травмы.
У Александра двадцатилетняя практика врача-психиатра, он работал в Донецке и Мариуполе.
За всё это время ему довелось лечить от анорексии пять юных пациенток, а в Литве уже в первый месяц работы он столкнулся с тремя случаями этого заболевания. Все пациентки прибыли из Украины.
«Ещё до войны мои коллеги приезжали в Литву стажироваться именно в области анорексии, планировали открыть такое отделение у нас в Украине, однако до сих пор такой потребности не было, потому что попросту не набиралось столько пациентов. Странное совпадение, но девочки, страдающие анорексией, остановились именно в Литве. Это заболевание никак не связано с переживаниями на фоне войны, но так уж совпало, что эти пациентки, словно сговорившись, приехали в Литву», – поведал врач.
Содействие: Литва пригласила А. Кустодинчева помочь украинским военным беженцам, пережившим психологические травмы. Фото Витаутаса Ляуданскиса
Стресс победил депрессию
А. Кустодинчев вспомнил одного своего пациента из Мариуполя, которого ещё подростком долго лечили от депрессии, её последствия он ощущал и став взрослым.
Сейчас этому молодому человеку уже за двадцать. Как отметил врач, с началом войны его болезнь, казалось бы, должна была усугубиться, но произошло обратное.
«Когда началась война, я думал, что он не справится с этим огромным стрессом. Мало того, ему пришлось заглянуть смерти в глаза в прямом смысле этого слова, его угрожали убить, он чудом остался жив. И тут случилось невероятное: собрав волю в кулак, он не только сам вырвался из ада, но и спас свою девушку, вывез её из города под беспрерывными атаками. Парень справился, эмоционально окреп, возмужал. Он ощутил внутреннюю силу, почувствовал, что чего-то стоит. Иными словами, это один из тех редких случаев, когда война оказала положительное воздействие на больного человека», – поведал врач.
Вспомнил медик и другую пациентку из Мариуполя – женщину мучили панические атаки.
С началом войны приступы прекратились, сейчас для неё самое важное – бытовые проблемы, которые нужно решать, чтобы выжить, поскольку она осталась в Мариуполе. Однако, по словам врача, это вовсе не означает, что болезнь прошла.
Исключений мало
В Вильнюсе, где работает группа психиатров из Украины, открыт Центр психологических травм. Именно здесь оказывают помощь людям, столкнувшимся с реальной угрозой жизни, пережившим ужасы войны.
«Зачастую влияние этих переживаний на психику остаётся навсегда. Жуткие картины, страхи фиксируются в памяти человека, и он чувствует сильный внутренний дискомфорт. Это мешает нормально жить. И тогда требуется помощь медиков. А что пришлось пережить защитникам завода «Азовсталь», трудно даже представить. Им однозначно потребуется психологическая помощь», – уверен А. Кустодинчев.
Врач сам из Мариуполя, и когда разразилась война, он три недели жил в этом городе под интенсивными атаками российских агрессоров. Ему удалось вырваться оттуда, когда открылся один из тех редких коридоров, по которому было разрешено уйти гражданскому населению.
«В это время, 17 марта, на трое суток была открыта свободная зона из Мариуполя в Бердянск. Через каждые три километра стояли российские посты, машины останавливали, проверяли. Двести километров до линии фронта мы преодолели за 10 часов, до Запорожья добрались лишь через сутки», – вспоминает врач.
Александр не сомневается, что эти события затронули и его психику. Хотя внешне это и незаметно, но, будучи медиком, он знает, что и ему не удалось избежать влияния тех страшных событий, которые он пережил, и тех жутких картин, которые он видел.
«Я уже не говорю о том, что рухнули мои личные планы, разрушены жизни других людей, уничтожен город, который в последнее время так похорошел. Я очень надеюсь, что мы вернёмся домой. Хотя и понимаю, что как прежде уже не будет», – вздыхает Александр.
Город – как призрак
Мариуполь, промышленный город, город-порт, уже с 2014 года, когда Россия оккупировала Крым, изредка подвергался обстрелам. Но то, что пришлось пережить его полумиллионному населению 24 февраля с. г. словами не передать.
Сейчас, после каждодневного российского террора в течение нескольких месяцев, в городе, согласно предположениям, может оставаться около 100 тыс. человек.
Всем им нужно где-то жить, как-то питаться, чем-то обогреваться, где-то лечиться.
По словам А. Кустодинчева, который поддерживает общение с некоторыми из оставшихся там коллег, врачей в Мариуполе катастрофически не хватает.
«Там даже есть врачи из России. Говорят, что к местным медикам они относятся крайне высокомерно. Тем, кто там остался, очень трудно. Город сильно разрушен. Например, один мой коллега, хирург, живёт в больнице, потому что больше негде», – разводит руками А. Кустодинчев.
В Мариуполе остались и некоторые из его пациентов, с ними врач-психиатр поддерживает связь, помогает обеспечивать лекарствами тех, кому необходимо принимать их постоянно.
Мнение изменилось кардинально
По словам Александра, он прекрасно помнит, что среди жителей Мариуполя было немало людей с пророссийскими взглядами.
«После 24 февраля их мнение кардинально поменялось. Хотя, конечно, есть и такие, кто даже сейчас поддерживает действия России, но их мало. Я наблюдаю за профилями некоторых мариупольцев в «фейсбуке», они пишут, что ситуация в городе стабилизируется. Может, это какое-то проявление Стокгольмского синдрома, или им это просто кажется, ведь сейчас там не бомбят и не взрывают, но когда я говорю с другими своими знакомыми оттуда, они рассказывают совершенно другое», – недоумевает Александр.
Он уверен, что оккупанты заискивают перед местными, чтобы добиться их расположения, тем более что в Мариуполе в основном живут русскоязычные. Однако, как считает наш собеседник, всем известно, что это временное притворство и оно скоро надоест и тем, и другим.
Клайпеда похожа на Одессу
Сегодня Мариуполь напоминает город из фильма-катастрофы.
По словам Александра, раньше он критически относился к властям Мариуполя, но теперь признаёт, что за последние несколько лет, после 2014-го, центр города очень похорошел, и особенно красивым было здание театра, впоследствии получившего трагическую известность, ведь под его руинами оказались погребены сотни людей.
«В последнее время в городе происходили радикальные перемены, особенно в самом центре. Было очень красиво, почти идеально. Вечером 23 февраля я гулял там, любовался городом, восхищался и не мог даже представить, что, проснувшись утром, услышу взрывы, и вся эта красота будет сметена с лица земли», – рассказывает Александр, с трудом подбирая слова.
Приехав в Клайпеду для участия в мероприятии Месячника открытой психиатрии, он снова ощутил ностальгию по Мариуполю.
«Клайпеда мне очень понравилась, и не только потому, что здесь я почувствовал такой же ветер и запах моря, как в Мариуполе. Ваш город напомнил мне Одессу в миниатюре. Мариуполь всё же промышленный город, там море играет второстепенную роль. Курортные зоны там начинаются за городом. А здесь, как и в Одессе, много внимания уделяется отдыхающим, много зон отдыха, прекрасный яхтенный порт, здания на берегу реки, сами набережные. Всё очень красиво, я восхищаюсь Клайпедой», – не скупился на комплименты врач, который нашёл временное пристанище в Литве, где продолжает помогать своим соотечественникам.
Партнеры
MRF
Projektui „Mano Lietuva“ 2025 m. skirtas 15 000 Eur dalinis finansavimas.