Щедрые подарки от ГПУ
- Вторник Сентябрь 23rd, 2025 13:41
Неожиданность: Советам пришлось приложить немало усилий, чтобы заманить к себе М. Горького из США.
Литераторов и прочих творцов, живших и созидавших во времена Советского Союза, можно разделить на несколько групп.
В первую группу следует включить тех, кто ещё до революции 1917 года уверовал в благородство левых политических доктрин и отчасти сам внес косвенный вклад в появление СССР.
«На второй день в честь Горького устраивают обед, на который приходит 70-летний Марк Твен. Горькому всего 37, он теряется перед классиком, а тот в восторге от молодого русского коллеги. Они вдвоем объявляют о создании фонда, который будет собирать деньги на русскую революцию. Пресса называет Горького «русским Джефферсоном». В планах – поездка в Вашингтон и встреча с президентом Теодором Рузвельтом. Но всё заканчивается 15 апреля. Одна жёлтая газета выясняет, что мистер и миссис Горький, как везде представляются гости из России, вовсе не муж и жена», – пишет журналист Михаил Викторович Зыгарь (1981) в своей книге «Империя должна умереть» (2017).
Как повествует автор книги, этой заметки хватило, чтобы в 1906 году турне марксиствующего литератора по Америке скандально провалилось. Однако на помощь Алексею Максимовичу Пешкову (1868–1936) и сопровождавшей его актрисе Марии Фёдоровне Андреевой (1868–1953) пришли незнакомые им супруги Престония и Джон Мартины.
Незнакомцы пригласили литератора пожить у них дома и тот сначала поселился на их вилле под Нью-Йорком, а позднее – в поместье на севере штата Нью-Йорк недалеко от канадской границы. Как утверждают историки, именно в американской глубинке он и начал писать свой знаменитый роман «Мать» (1906).
Ко второй группе можно отнести тех творцов, которые как по идеологическим соображениям, так и ради прагматической выгоды, и от страха стали льнуть к новому режиму и раболепствовать перед его политическими деятелями уже после образования СССР.
«Сталин неоднократно посылал к великому писателю эмиссаров прощупать его настроения и уговорить вернуться в Россию. Тем временем Сталин передал советскую литературу в ведение РАППа (Российской ассоциации пролетарских писателей), «литературного крыла сталинского пятилетнего плана развития народного хозяйства», которая подвергала преследованиям и нападкам любых писателей, которые не описывали Великий перелом с восторженным энтузиазмом. Затем вождь начал сложную игру: с помощью таких приманок, как деньги и власть, играя на тщеславии писателя, ему удалось заманить Горького обратно в СССР. Детские и юношеские воспоминания Максима Горького о крестьянстве как об отсталом классе заставили его выступить с поддержкой сталинской коллективизации и войны с деревней, но уровень литературы РАППа он считал ужасающим. В 1930 году Горький начал получать щедрые подарки от довольно неожиданного благодетеля, казалось бы, далекого от литературы – ГПУ», – утверждает английский историк, писатель и журналист Саймон Джонатан Себаг-Монтефиоре (1965) в своей книге «Двор Красного монарха: История восхождения Сталина к власти» («Stalin: The Court of the Red Tsar», 2003).
По словам автора, литература имела для Иосифа Виссарионовича Джугашвили (1878–1953) огромное значение. Он требовал от писателей быть «инженерами человеческих душ», но практически никогда не уставал от общения с ними. Йося ценил хорошую литературу и умел отличать талантливых прозаиков и поэтов от бездарей, да и многие литераторы по разным причинам сами жаждали его благосклонности.
«Литераторы были очарованы Сталиным. Пастернак жаждал встретиться с ним. „Прошу Вас принять меня“, – с нетерпением просил поэт Гидаш. Мейерхольд обратился к Сталину с просьбой о встрече, поскольку, по его словам, „свидание с Вами даст мне зарядку, бодрость, возможность избавиться от депрессии, в которой я нахожусь, как художник“, а свою записку завершил словами „Любящий вас“», – говорится в книге С. Дж. Себаг-Монтефиоре.
В более поздние времена творчество представителя рода Пастернаков Бориса Леонидовича (1890–1960) особенно полюбилось людям, негативно оценивающим СССР (по ту сторону «железного занавеса» он тоже обрёл популярность). В 1958-м он писатель был награждён Нобелевской премией по литературе, однако из-за политического давления и интриг номенклатуры ему пришлось отказаться от этой награды.
Здесь открывается возможность осудить третью группу советских творцов. Её представители не просто льнули к режиму, но и сами были частью его системы. Можно даже утверждать, что такие авторы как Михаил Александрович Шолохов (1905–1984) или Чингиз Айтматов (1928–2008) скорее были не художниками слова, а самыми настоящими функционерами. Они работали в сфере культуры, однако истинный смысл их работы, скорее всего, был связан отнюдь не с пополнением сокровищницы мировой литературы.
В четвёртую группу можно включить таких литераторов как Анна Андреевна Горенко (1889–1966), больше известную под псевдонимом Анна Ахматова, или Данилу Ивановича Хармса (1905–1942), которые пытались жить и творить, но так или иначе сталкивались с жестокостью режима и пострадали от него. Войны, репрессии и террор в определённом смысле отражались в их творчестве, однако это, похоже, было не столько сознательной критикой СССР, сколько фиксацией происходящих процессов.
Пятая группа – самая колоритная (в её рядах есть даже разочаровавшиеся в пролетарской революции социалисты), поскольку под её знаменем можно сплотить творцов, по тем или иным причинам искренне ненавидевших СССР и пытавшихся своим творчеством выразить это презрение. Так, к примеру, ещё осенью 1933-го поэт Осип Эмильевич Мандельштам (1891–1938) создал свой известный труд, в котором назвал Йосю кремлёвским горцем (аллюзия на кавказское происхождение), у которого «толстые пальцы, как черви, жирны», и «тараканьи смеются усища». Поэтому не стоит удивляться тому, что Осип Эмильевич не раз был арестован и в итоге скончался недалеко от Владивостока.
Партнеры
MRF
Projektui „Mano Lietuva“ 2025 m. skirtas 15 000 Eur dalinis finansavimas.