Заложники советского ХАМАСа
- Четверг Октябрь 30th, 2025 09:00
Диссиденты: хотя дела А. Гинзбурга и Н. Щаранского рассматривались отдельно, судебные разбирательства в отношении каждого из них начались в один день – 10 июля 1978 г. Оба они обвинялись в подрывной деятельности – антисоветской агитации и пропаганде. Фото Wiki
В наших краях по-прежнему есть люди, испытывающие ностальгию по советской эпохе, однако во времена СССР случались и такие события и процессы, о которых большинство сегодняшних путинофилов своим детям и внукам не рассказывали. Скорее всего, дело не в том, что эта часть представителей вида хомо советикус не придаёт этим событиям и процессам значения, а в том, что они и сами о них не слышали. Одно из них – конфронтация между людьми семитского происхождения и властями СССР в 1970-х годах.
С современным государством Израиль, официально основанным 14 мая 1948 года, связывали большие надежды не только сами евреи, но и ведущие геополитические силы (США и СССР), однако в Советском Союзе очень быстро заметили, что в стране слишком много евреев, которые мечтают о возвращении на землю предков.
Нельзя исключать, что в рядах семитского народа были люди, искренне верившие в марксизм и, возможно, даже желавшие направить Израиль по пути коммунистических государств. Однако факт состоит в том, что большинство советских евреев, желавших уехать на землю предков, просто-напросто жаждали вырваться из социалистического рая. Многие из них вовсе не собирались обживаться в Израиле. Они мечтали о жизни в Соединённых Штатах или в Западной Европе, а создание нового государства предоставило им шанс под предлогом истинного или мнимого воссоединения с семьёй требовать разрешения покинуть Советский Союз.
В более поздние годы эпохи сталинизма (конец 40-х – начало 50-х годов ХХ века) Иосиф Виссарионович Джугашвили (1878–1953) развернул весьма агрессивную антисемитскую кампанию для подавления этого нового явления, однако данные усилия были прерваны неожиданной для многих смертью «вождя народов».
В 70-х годах ХХ века еврейский вопрос снова оказался на повестке дня советской номенклатуры по причине двух отдельных политических процессов, в которых участвовали люди семитского происхождения.
Участники первого движения, такие как Александр Ильич Гинзбург (1936–2002), похоже, стремились реформировать сам Советский Союз, так как постоянно требовали от советских властей соблюдения Хельсинкских соглашений (лето 1975-го), которые теоретически защищали права человека. Эти соглашения подписало и руководство СССР, однако А. Гинзбург и многие другие диссиденты (как семитского, так и иного происхождения) к тому же настойчиво требовали их соблюдать.
Участники второго социально-политического явления, связанного с семитами, не были настроены валандаться с системой и требовали предоставить им возможность покинуть Советский Союз, однако, как правило, получали от советских властей отрицательный ответ, становясь так называемыми отказниками.
Некоторым семитам под предлогом воссоединения с семьёй в конце концов удавалось эмигрировать в другие края, однако нередко бывало и так, что человек, попросив разрешение на выезд, говоря языком советских функционеров, «разрушал перспективы своей карьеры». Т. е. тот, кто вслух заговорил об эмиграции из СССР, очень быстро (или почти сразу) лишался работы и привилегий, получал повестку в армию или бывал «награждён» клеветнической кампанией в советской прессе.
Таким лицам нередко приходилось искать работу попроще (скажем, дворника), а самым шумным и упрямым предъявлялись официальные обвинения.
Пожалуй, наиболее известным человеком, которого постигла такая участь, был Анатолий Борисович Щаранский (1948), известный также как Натан Щаранский. В 1973-м он попросил разрешения на выезд и вскоре лишился рабочего места во ВНИИ нефти и газа, а ещё через несколько лет был официально обвинён в измене Родине.
«М-р Щаранский, 29-летний специалист по компьютерам, находится под арестом с 15 марта, после того как правительственная газета «Известия» сообщила, что американские дипломаты завербовали его и других еврейских активистов для работы на ЦРУ», – говорилось в опубликованной в газете «The New York Times» статье «Советский Союз обвиняет ключевого еврейского активиста по правам человека в государственной измене» («Soviet Charges a Key Jewish Human-Rights Activist With Treason», 2 июня 1977 г.).
Как говорилось в статье «Советские еврейские активисты осуждают обвинения в пособничестве ЦРУ» («Soviet Jewish Activists Denounce Charge They Are Aiding the CIA», 7 марта 1977 г.) агентства новостей «Jewish Telegraphic Agency», предъявленные в газете «Известия» обвинения в основном были основаны на манифесте, который, скорее всего, сочинил внедрённый в среду отказников врач Саня Липавский.
Хотя дела А. Гинзбурга и Н. Щаранского рассматривались отдельно, судебные разбирательства в отношении каждого из них начались в один день – 10 июля 1978 г. Оба они обвинялись в подрывной деятельности (антисоветской агитации и пропаганде), а Н. Щаранскому были предъявлены обвинения ещё и в измене Родине (за что теоретически грозила смертная казнь). А. Гинзбург был приговорён к восьми годам лишения свободы в колонии строгого режима, а Н. Щаранский – к тринадцати годам, с отбыванием первых трёх лет в тюрьме, а остальных десяти – в колонии строгого режима.
Согласно утверждениям современников, во время отбывания наказания Н. Щаранский не единожды попадал в карцер и нередко объявлял голодовки протеста. В связи с этим он не менее 35 раз подвергался принудительному кормлению.
«Я отчётливо помню это: я был очень слаб и чувствовал, что умираю. Они спрашивали меня, буду ли я есть, а когда я отказывался, один надзиратель держал меня за ноги, другой за голову, и они вводили мне в горло длинный шланг», – передала слова диссидента газета «The Jerusalem Post» в статье «Щаранский рассказал о советском ГУЛАГе после того, как Израиль одобрил принудительное кормление заключённых» («Sharansky invokes Soviet gulag after Israel upholds force-feeding of prisoners», 2016).
Партнеры
MRF
Projektui „Mano Lietuva“ 2025 m. skirtas 15 000 Eur dalinis finansavimas.