Автор: Nikas
Центр диагностики
Крупнейший в мире центр диагностики подшипников морских турбин будет установлен в датском порту Оденсе. Он начнет работать с сентября 2025 года. При строительстве морских электростанций в этом центре будут испытываться их движущиеся части – подшипники. Детали, движущиеся на подшипниках, являются одними из наиболее важных элементов в морских турбинах.
Опасное судно
Груз с судна «Ruby», которое планировало отправиться в Клайпедский порт на ремонт с 20 тысячами тонн селитры на борту, перегружен на балкер «Zimrida» в Северном море у берегов Великобритании. Так завершена эскалация вопроса, что российская селитра могла быть специально погружена на судно «Ruby», чтобы спровоцировать инцидент по прибытии в Клайпеду.
Латвия деполитизирует порты, а Литва?
Латвия отказывается от модели государственного управления морскими портами, которая используется в Литве, и возвращается к смешанному государственному и муниципальному управлению в портах.
Поиск бизнес-профессионалов
Попробовав пойти по пути Литвы, когда морскими портами управляет только государство, Латвия убедилась, что это вредная практика. Замечено, что морские порты быстро становятся полем деятельности политиков, одним из тех мест, куда могут быть внедрены люди, разделяющие их собственные интересы.
Аналогично обстоит дело и в Литве, когда не только в правлении или наблюдательном совете Дирекции порта есть свои люди. Аналогичная ситуация наблюдается и во многих других литовских госкомпаниях, когда органы управления формируются из определённого круга своих людей.
Латвия возвращается к Рижскому и Вентспилсскому портам, управляемым самоуправлением и государством. Они переводятся из статуса свободных портов в предприятия, в которых утверждаются и доли органов местного самоуправления.
«В Минтрансе согласились, что в управление портами должны вернуться местные самоуправления. Очень важно, чтобы управление портами было деполитизировано и чтобы в них работали профессионалы, разбирающиеся в морском бизнесе», – пояснил министр транспорта Латвии Каспарс Бришкенс.
При формировании правлений основных портов существуют разногласия относительно того, сколько в них должно быть представителей государства и сколько представителей самоуправления. По мнению министра транспорта Латвии, видимо, будут искать компромиссы, чтобы повысить влияние самоуправлений в портах. Это делается по двум причинам. Считается, что это позволит привлечь в порты больше хороших специалистов. Другая причина – что исчезнут потенциальные разногласия между портами и городами.
В любой стране, в том числе и в Латвии, города, которые вынуждены терпеть любые неудобства из-за деятельности портов, хотят получать от них и прямую выгоду.
В ловушке партийных интересов
Совершенно иная ситуация, например, в Литве. Теоретически у нас три морских порта – Клайпеда, Швянтойи и нефтяной терминал Бутинге. Все они имеют разное управление и подведомственность. Порт Швянтойи был передан Палангскому самоуправлению с юридическим надзором государства. Нефтетерминал Бутинге фактически передан частному пользователю «Orlen Lietuva» с некоторыми функциями госнадзора и нулевыми пошлинами.
Управление Клайпедским морским портом на сто процентов находится в руках государства. Теоретически Клайпедское городское самоуправление включено в структуру его развития, но его мнение фактически ничего не значит.
Если в Клайпедском самоуправлении и Правительстве в Вильнюсе заседают представители недружелюбных политических партий или сил, интересы города Клайпеды могут быть полностью проигнорированы. Так было, по крайней мере, в последние годы.
Заработанные в порту деньги, пусть и сократившиеся из-за ошибок властей, утекали в Вильнюс, где расходовались на неизвестных цели. Государство, хотя бы из уважения к клайпедчанам, могло бы представить публичные отчеты о том, как оно «проедает» деньги, полученные от деятельности морского порта. Или, по крайней мере, была бы какая-то гарантия, что эти деньги пойдут на проекты ближе к транспортному сектору.
Государство инвестировало большие средства ЕС в развитие подъездных железных дорог к порту. Из-за возможных ошибок властей сократилось движение грузов в порт по железной дороге. Наибольшее количество грузов доставляется в порт грузовым автотранспортом. В результате дороги во всей Литве, а также на подъездах к порту значительно ухудшаются.
Если бы самоуправление имело большее влияние на управление Клайпедским портом, больше денег, полученных от управления морским портом, было бы потрачено на проекты, связанные с общими интересами порта и города. Раньше ещё публично сообщалось о том, какие подъездные пути к порту ремонтируются или какие другие проекты, связанные с городом, реализуются на деньги порта, но теперь и этого нет.
Основные нововведения
В Латвии модель управления портами меняется, чтобы сделать их работу более эффективной.
Модель управления портами Латвии в настоящее время представлена на рассмотрение Сейма этой страны. Согласно ей, в каждом из трех главных морских портов – Риге, Вентспилсе и Лиепае – будет создан совет управления портом.
В них войдут два представителя от государства и ещё два представителя от местных самоуправлений. Самоуправления заинтересованы в участии в управлении портами, поскольку предусмотрено, что 10 проц. доходов, полученных от портовых сборов, будут направляться непосредственно им.
Совет каждого порта, включая его состав, будет утверждаться правительством Латвии. Это делается для того, чтобы в совет не попали люди с запятнанной репутацией или личным интересом. В остальных случаях правительство обещает вообще не вмешиваться в работу портов. Ответственными за работу морских портов Латвии будут назначены министерства Транспорта и Экономики.
Сформированные советы управления портами Латвии будут утверждать управляющих портами, их бюджеты и стратегические планы развития портов. Вся повседневная деятельность портов будет осуществляться исключительно управляющими портами под контролем советов.
Основным нововведением в портах Латвии станет то, что планируется создать централизованную службу для выполнения отдельных портовых функций. Она охватит функциональную деятельность капитанов портов. Услуги в области информационных технологий будут предоставляться всем портам из единого центра.
По аналогичному плану планируется реструктуризовать управление малыми портами в Латвии. Число членов их правлений будет сокращено.
Становление армии сопровождалось сражениями за выживание
Жизнь государства не терпит пустоты – как только появляется пустота, внешние силы пытаются её заполнить. Это не сразу учло первое Литовское правительство, которое после провозглашения независимости в 1918 году не торопилось формировать собственную армию.
Причины промедления
По словам известного историка профессора д-ра Йонаса Вайчянониса, это промедление было обусловлено вполне объективными причинами. Несомненно, повлияло и присутствие германской оккупационной военной администрации на территории Литвы.
С другой стороны, провозглашение Акта о независимости от 16 февраля сопровождалось соглашениями с Германией в таких сферах как сообщение, таможня, денежная система и военные вопросы.
Поэтому для Литвы, имевшей определённые военные гарантии со стороны Германии, формирование армии не являлось первоочередной задачей.
После объявления независимости важнейшим вопросом на повестке дня Литовской Тарибы (Совета Литвы) была борьба за международное признание.
Возвращение из России
«Во второй половине марта 1918 года в Вильнюс прибыла делегация Главного совета литовцев в России, в составе которой находились офицеры Йонас Варякойис и Казис Шкирпа. К. Шкирпа представил Литовской Тарибе во главе с Антанасом Смятоной ситуацию касательно организации литовских военных в России», – рассказывает Й. Вайчянонис.
По его словам, в то время в России находилось около 500 литовских офицеров различных специальностей, которых было бы вполне достаточно для формирования одной дивизии.
Офицеры и рядовые ждали возможности вернуться в Литву и были готовы с оружием в руках сражаться за её свободу.
И хотя представители Литовской Тарибы вопрос формирования армии не считали первоочередным, определённые подготовительные шаги всё же предпринимались.
«Во главе этого процесса был офицер Юргис Кубилюс, который 15 мая 1918 года стал заведующим отделом военнопленных в Комиссии по возвращению ссыльных и втайне начал регистрировать военнослужащих, желавших служить в Литовской армии. В книге регистрации офицеров первым зарегистрировался вышеупомянутый К. Шкирпа, а в списке рядовых – Стасис Буткус», – продолжает свой рассказ Й. Вайчянонис.
16 октября 1918 года в Вильнюс прибыло одиннадцать первых солдат-добровольцев. Их разместили в деревянных казарменных строениях в Шнипишкес, где ранее располагались немцы.
Приоритет – милиции
Как напомнил историк, до провозглашения Акта о независимости от 16 февраля на заседаниях Литовской Тарибы в первую очередь обсуждался вопрос об учреждении милиции (позднее – полиции), а не о формировании армии.
Дело в том, что было необходимо остановить произвол и обеспечить безопасность, так как в стране орудовали вооружённые преступные элементы, занимавшиеся грабежами и насилием, а также находилось много бывших военнослужащих различных армий, участвовавших в Первой мировой войне.
Аугустинас Вольдемарас, став первым премьер-министром независимой Литвы, полагал, что после окончания Первой мировой войны Литва ни с кем воевать не будет и для поддержания порядка в стране вполне достаточно сил милиции.
В то время глава Правительства не думал о новых угрозах.
Тем не менее, армия в Литве, хотя и медленно, но всё же формировалась. Это делалось осторожно и втайне от ещё действовавшей в стране административной власти Германии.
Приказ – сформировать полк
1 ноября в Вильнюсе в караул у дверей здания Государственного Совета Литвы (в него в июле 1918-го была преобразована Литовская Тариба) заступили первые литовские солдаты-добровольцы.
Когда в первой половине ноября в Германии произошла революция, началось открытое формирование Литовской армии без оглядки на оккупационные власти Германии.
Судьба: авиакатастрофа самолёта «Albatros C-III», пилотируемого военным лётчиком Пранасом Хиксой. Справа стоит сам П. Хикса, выживший после неудачного приземления. 1920 г. Фото из Центрального государственного архива Литвы
11 ноября 1918 года было учреждено Министерство охраны края, а его первым министром стал А. Вольдемарас, он же возглавлял и Правительство.
23 ноября министр подписал приказ о формировании первого пехотного полка в Алитусе и назначил его командиром офицера Йонаса Гальвидиса-Букаускаса.
Этот день и считается днём рождения Литовской армии.
Первым комендантом Вильнюса стал Людас Гира, а одним из его заместителей – офицер К. Шкирпа.
К тому времени в Литовской армии насчитывалось около сотни офицеров, военных чиновников, военных врачей и полсотни солдат.
Решительные шаги
Фактически к созданию инстанций по управлению краем Литва приступила осенью 1918 года.
Первое Правительство во главе с премьер-министром А. Вольдемарасом важнейшей задачей считало закрепить само существование Литовского государства как на международном, так и на национальном уровне, поскольку это создавало условия для получения крайне необходимой финансовой помощи с Запада.
Во процессе создания государственных инстанций Литве крайне не хватало финансовых средств. Поэтому в декабре 1918 года А. Вольдемарас и министр финансов Мартинас Ичас в поисках финансовой помощи отправились в Германию, Швейцарию, Францию.
В это время в Литве не нашлось тех, кто мог бы эффективно их заменить, работа Правительства была сильно нарушена.
Падение Правительства произошло в драматическое для Литвы время, когда в конце декабря 1918 года Красная армия, продвигавшаяся вслед за отступавшей армией Германии, угрожающе приблизилась к границам Литвы.
Перед лицом угрозы с Востока требовались быстрые и решительные шаги.
Роль М. Сляжявичюса
После падения первого Правительства 26 декабря 1918 г. Кабинет министров возглавил Миколас Сляжявичюс.
Он вместе с офицером Миколасом Вяликисом, который летом 1918 г. вернулся из России и работал в Комиссии охраны края при Государственном Совете Литвы (М. Сляжявичюс назначил его министром охраны края), приступил к срочному формированию регулярной армии.
29 декабря того же года премьер-министр подписал обращение «К гражданам Литвы», призывавшее добровольцев вступать в новую армию для защиты независимости Литвы перед лицом угрозы – приближавшейся армии большевистской России.
Допрос: командир 1-го пехотного полка Казимерас Ладига допрашивает большевистского комиссара (в центре), взятого в плен в Зарасайском районе. Рядом стоят бойцы полка. 1919 г. Фото из Центрального государственного архива Литвы
В декабре 1918 года солдаты большевистской России шагнули в Литву. В начале января 1919 года они, не встретив сопротивления, дошли до Панявежиса, Укмярге, Тракай, 5 января заняли Вильнюс, а вскоре и Шяуляй, Тяльшяй.
Литовская армия дала первый бой 7 февраля под Кедайняй, где общими силами с саксонскими добровольцами задержала наступление армии большевистской России.
В марте 1919 г. в Литовской армии уже насчитывалось три тысячи воинов-добровольцев, а в мае 1919-го – около одиннадцати тысяч.
В июне 1919 г. Правительство приняло закон, согласно которому каждому добровольцу предоставлялось право на получение от 8 до 22 га земли. Ряды добровольцев продолжали расти.
На этом фоне в Литовской армии формировались батальоны, полки, спецчасти.
По окончании войны за независимость численность армии возросла до 44 тыс. человек.
По словам Й. Вайчянониса, благодаря действиям премьер-министра М. Сляжявичюса формирование армии получило ускорение.
Поэтому сегодня его имя должно быть большими буквами вписано в историю не только Литовского государства, но и Литовской армии.
Оружие в обмен на сало
В процессе создания армии ощущалась нехватка во всём – в помещениях, продовольствии, медикаментах, недоставало униформы и оружия.
Оружие приходилось раздобывать любыми способами. Добровольцы и сами приносили много зарубежного оружия – ружья, пистолеты, револьверы разных моделей.
Оружие приобретали в том числе и в обмен на сало, водку.
Немецкая администрация пыталась ограничить процесс вооружения, однако различный необходимый Литовской армии инвентарь поступал и через действующие миссии из Великобритании, США.
У американцев скопились большие запасы вооружения во Франции, которые они не собирались вывозить обратно в Америку.
Пионер: так выглядела первая униформа рядового полицейского, утверждённая в 1919 году. На снимке – Йонас Радзиварас. Фото из Центрального государственного архива Литвы
Когда летом 1918 года из России вернулся молодой офицер Казимерас Скучас с супругой и в начале января вступил добровольцем в 1-й пехотный полк Литовской армии в Алитусе, то, по словам жены офицера Стефании, бойцы к тому времени были обуты в клумпы и ходили в подпоясанных бечевой зипунах, с переброшенными через плечо ружьями на верёвках вместо ремней.
С. Скучене и другие активные единомышленницы по всей Литве вязали для воинов молодой Литовской армии тёплые носки, варежки, ездили по деревням, собирая отрезы ткани, из которых шили рубашки для бойцов.
Всё это женщины свозили в специальные пункты для сбора благотворительности, куда приходили волонтёры.
Материальная помощь в виде обмундирования и продовольствия поступала и из США.
Казармы и лазареты
«На начальном этапе формирования армии очень остро стоял вопрос с казармами. Пришлось искать решения совместно с германской военной администрацией. Литовским добровольцам чаще всего доставались казарменные помещения в крайнем запустении, в которых приходилось создавать хоть сколько-то нормальные условия для проживания», – рассказывает Й. Вайчянонис.
Добровольцы страдали и от крайней антисанитарии в казармах – последствия инфекционных заболеваний были трагическими.
Чтобы справиться со вспышками инфекций, армейская военно-санитарная служба устраивала лазареты возле отдельных воинских частей – стационарные лечебницы.
Первый такой лазарет появился в августе 1919 года. Там было отделение инфекционных заболеваний, а также глазное и ЛОР-отделение.
Со временем стала поступать и более весомая помощь из Международного Красного Креста – медикаменты, перевязочный материал, больничный инвентарь.
Военное училище
Армии не хватало военнослужащих, особенно – офицеров высокого ранга.
Для Литвы было важно в короткие сроки подготовить корпус офицеров для развивающейся и растущей армии, которые могли бы взять на себя командование ротами, батальонами.
Поэтому в конце января 1919 г. было учреждено Военное училище, которое возглавил Й. Гальвидис-Бикаускас.
Первый выпуск 96 новоиспечённых офицеров состоялся 6 июля 1919 г. До той поры Литовской армии приходилось довольствоваться помощью ранее прибывших в Литву офицеров-добровольцев.
Благодаря им Литве удалось не только остановить наступление вражеских сил, но и при содействии немецкой армии освободить немалую часть территории нашего государства.
В военном училище преподавание велось на литовском языке, будущим офицерам преподавал и поэт, переводчик, общественный деятель Фаустас Кирша.
По словам историка д-ра Гинтаутаса Якштиса, маршировавшие с песней воспитанники училища восхищали прохожих прекрасным пением и пользовались исключительным вниманием гражданского населения.
Первые авиаторы
В январе 1919-го был сформирован авиационный отряд.
«12 марта того же года отряд был реорганизован в роту, которая стала самостоятельной авиационной частью. Параллельно создавалось военное авиационное училище, которое должно было готовить пилотов. В это же время в Германии были куплены и доставлены в Каунас первые военные самолёты», – рассказывает Й. Вайчянонис.
В деле создания литовской военной авиации помогали и зарубежные специалисты, и литовцы, которые в годы Первой мировой войны служили в авиачастях России и европейских стран: из Англии приехал первый литовский военный лётчик Пранас Хикса, из России – первый командующий нашими военно-воздушными силами генерал Юозас Крауцявичюс, единственный в 1919 г. специалист авиации в молодой Литовской армии Константинас Фугалявичюс и др.
Военное авиационное училище было учреждено 12 марта 1919. Его возглавил офицер К. Фугалявичюс.
Помещений не хватало, поэтому училище поначалу разместилось в доме родителей К. Фугалявичюса и лишь через несколько месяцев переместилось в бараки в ангаре дирижабля, а затем – в здания поместья Линксмадвариса.
Фортуна: 1919 год. Литовские воины по железной дороге везут из Радвилишкиса в Каунас военные трофеи, добытые в сражениях с армией Бермондта. Фото из Центрального государственного архива Литвы
В 1919 г. в военном авиационном училище готовили военных лётчиков и воздушных разведчиков.
Первым 22 выпускникам было присвоено звание лейтенанта, одиннадцати – звание унтер-офицеров. Это были первые литовские военные лётчики.
А зарождение литовской артиллерии можно отнести к началу января 1919-го, когда от немцев поступили две первые российские полевые пушки образца 1902 года.
Когда нашлись артиллеристы и стало больше орудий, в Литве началось формирование первого артиллерийского полка с отдельными батареями.
Артиллеристы: позиция 1-го взвода 6-й батареи артиллерийской бригады Литовской армии в последнем бою на польском фронте под Ширвинтос. 1920 г. Фото из Центрального государственного архива Литвы
Штыковые атаки
На фронтах войны за независимость штыковые атаки были довольно частым методом сражений с красноармейцами, поляками, бермонтовцами.
«Чаще всего солдаты вступали в штыковой бой во время атаки или преследования противника. Иногда приходилось хвататься за штык, когда не было другого оружия. Такие эпизоды зачастую заканчивались героической гибелью бойцов. Как отмечает военный историк Витаутас Йокубаускас, штыковая атака – это эталон высочайшего мужества в боях за независимость. В одном только 1919 году зафиксировано около двадцати эпизодов, когда бойцы выполняли поставленную задачу, бросаясь в штыковую атаку. За проявленное в штыковом бою мужество многие офицеры и солдаты были награждены орденом Креста Витиса», – подчеркнул Й. Вайчянонис.
Были и дезертиры
Как известно, ядро армии составляли добровольцы. А что же мобилизованные? Правда ли, что среди них были и дезертиры?
«Да, правда, – признаёт историк Й. Вайчянонис. – Проблему дезертирства широко изучал историк Паулюс Пацявичюс. Согласно его выводам, Литовскую армию самовольно покидал по меньшей мере каждый пятый-шестой мобилизованный или призванный на воинскую службу. Во время мобилизации многие вступали в армию неохотно, скрывались, бежали за границу. От службы в армии пытался уклониться каждый третий-четвёртый призывник. Поэтому у сотрудников Военной комендатуры и милиции, которые разыскивали уклонистов и беглецов, работы было предостаточно. Далее следовали судебные процедуры».
Основатели: М. Сляжявичюс и назначенный им министр охраны края генерал-лейтенант М. Вяликис в срочном порядке приступили к формированию Литовской армии. Фото из Центрального государственного архива Литвы
Большой проблемой в новосозданной армии была грамотность солдат. Лишь около трети солдат умели читать и писать.
Их обучение в казармах велось комплексно.
Новобранцам прививалась патриотичность – им читали лекции на различные темы из истории государства и разъясняли текущие проблемы жизни Литвы.
С целью расширения кругозора солдат для них устраивали спектакли, экскурсии, демонстрировали кинофильмы.
Достойная история
«Подводя итог, можно сказать, что возрождённое в 1918 году Литовское государство с помощью добровольцев сумело восстановить и свои вооружённые силы. Это потребовало невероятных усилий и решимости множества людей. Молодая, исполненная духовной силы Литовская армия, невзирая на многочисленные трудности, сумела не только взрастить новое поколение офицеров, но и успешно сдать экзамен в войне за независимость. Армия стала одним из краеугольных камней в фундаменте государственности, на котором наше государство держится и сегодня. Так давайте же не забывать эту достойную историю», – призывает профессор Й. Вайчянонис.
В Паланге – новые измерители скорости
Водителям, которые приезжают в Палангу, следует быть внимательнее – кое-где на улицах курорта уже смонтированы новые измерители скорости.
Сотрудники администрации Палангского самоуправления, приняв во внимание жалобы горожан и рекомендации представителей полиции, решили смонтировать устройства, фиксирующие превышение максимально допустимой скорости.
По словам советника мэра Паланги Юргиты Ванаге, новые измерители скорости установлены в нескольких местах.
«Оборудование смонтировано в пяти местах. Два радара – на улице Витауто, остальные – на улицах Кястучё, Кастичё и Смильчю. Сейчас оборудование тестируется», – сообщила Ю. Ванаге.
Радары на центральной улице Витауто установлены возле улицы Жвяю и кафе «Kerpė».
Как правило, измерители скорости начинают работать через несколько недель после завершения метрологической поверки.
На курорте действует система, фиксирующая транспортные средства.
18–21 ноября по дороге из Дарбенай и по улице Кретингос в Палангу проследовало 12 187 транспортных средств.
Измерители скорости Палангское самоуправление приобрело в этом году.
Летом был подписан договор с предприятием «Fima». Договор, который включает не только покупку оборудования, но и его сервисное обслуживание, действителен до 2027 года.
Подрядчик должен был подготовить проектную документацию для пяти точек монтирования оборудования.
В договоре указано, что приобретаются два устройства моментальной фиксации превышения максимально допустимой скорости.
В положениях договора также отмечено, что надлежит оборудовать три дополнительные точки для установки измерителей скорости и приобрести мобильное оборудование для смены мест контроля с имитациями и распределительными шкафами.
В договоре указаны и тарифы программного обеспечения и монтажных работ.
«Исчезнувшая Клайпеда» отправилась на склад
Произведение, которое в течение нескольких лет демонстрировало клайпедчанам, как жили люди в этом городе несколько столетий назад, пропало с обычного места. На этой площади, обозначенной как место крепостных сооружений, вскоре будет установлен другой акцент – макет Клайпедского замка и скульптура «Роза ветров».
Художественная композиция клайпедской художницы Айды-Раймонды Пячялюнене под названием «Исчезнувшая Клайпеда» («Pražuvusi Klaipėda») отображала Клайпеду XVI–XVII вв. Автор создала и подарила эту композицию городу в 2019 году.
В произведении, смонтированном под стеклом, можно было увидеть городские башни, замок и другие строения, большую груду камней, приготовленных для погрузки на пришвартованные у причала суда, реку, а ещё местных жителей. Клайпеда, которая тогда называлась Мемелем, была небольшим городком, в котором проживало всего около 90 семей.
В работе А.-Р. Пячялюнене притягивали взгляд модели зданий в стиле фахверка и фарфоровые куклы, изображавшие местных ремесленников. Эта композиция была наглядной иллюстрацией к истории старой Клайпеды и неизменно приковывала внимание клайпедчан и гостей города.
Несколько недель назад макет был демонтирован и вывезен в помещение предприятия «Klaipėdos paslaugos».
Однако заведующая отделом благоустройства города Инга Кубилене и руководитель муниципального отдела культуры Паулюс Игнатавичюс заверили, что клайпедчане ещё смогут увидеть произведение А.-Р. Пячялюнене и полюбоваться этой замечательной работой.
Просто пока не решено, где экспонировать данную художественную композицию в дальнейшем.
«Автор этого художественного акцента подарила его городу, перед демонтажом мы поинтересовались её мнением. А.-Р. Пячялюнене не возражает, чтобы произведение было перенесено в другое место», – поведала И. Кубилене.
Там, где стоял макет старой Клайпеды, вскоре появится модель Клайпедского замка и «Роза ветров» диаметром 9 метров, изготовленная из финского гранита и инкрустированная бронзовыми буквами с обозначением сторон света.
Новую композицию планируется смонтировать ещё в этом году.
Уникальность этого произведения в том, что названия ветров будут указаны именно так, как их называли местные рыбаки.
Скульптура «Роза ветров» станет символизировать Литву как морское государство.
Изготовленный из бронзы и гранита макет Клайпедского замка XVII в. длиной и шириной по 2,4 метра и высотой 1,1 метра будет составляющим акцентом «Розы ветров».
По словам представителей отдела культуры, работа над этой композицией уже идёт, но когда состоится её открытие, пока неизвестно.
Зарядные станции
В море будут устанавливаться зарядные станции «eCharger». Первая станция была протестирована в Дании. Предполагается, что зарядные станции для электрических судов в будущем будут построены на территории морских ветряных электростанций. Такие станции отчасти напоминают понтон нефтяного терминала Бутинге, действующий в водах Литвы.
Он мог бы остаться на посту министра
Я никогда не пылал любовью к консерваторам по причине их чванства и презрительного отношения к простым людям, которые, возможно, порой не всё понимают правильно.
Бросается в глаза и то, что представители этой партии, находясь у власти, ограничивались исключительно интересами бюрократов и вильнюсской элиты. По крайней мере, таково моё личное мнение, которое сложилось за три десятилетия независимости страны.
Однако хочу высказать несколько иное мнение об одном из представителей этой партии, теперь уже бывшем министре охраны края Лауринасе Касчюнасе. Когда его назначили на пост министра на каких-то полгода, мне запомнились его слова о том, что даже за короткое время можно немало сделать для страны.
Тогда я скептически отнёсся к этому утверждению – дескать, что ты, молодой человек, сделаешь уже в конце избирательного срока, ведь осталось совсем мало времени.
Но я оказался неправ. Я убедился (и думаю, это заметили и другие), что он действительно успел не так уж мало сделать.
Без особой саморекламы он взялся за дело – стал укреплять нашу армию, и осмелюсь полагать, что отчасти успел что-то сделать. До сих пор были одни только разговоры. Например, о военных комендатурах – мол, нет денег, нет людей, да и зачем это нужно… А он взял и сделал, нашёл способ, как учредить комендатуры.
Совершенно очевидно, что это энергичный человек, склонный к действиям, а не к бессмысленным рассуждениям и демагогии. Хотя и поговорить он умеет, как истинный политик.
Думаю, многие согласятся, что это был человек на своём месте, ему подходил этот пост. Поэтому если бы представители нынешнего большинства, которое вызывает много сомнений, думали не о себе, а о Литве, и о не о болтунах, а о людях, которые могут сделать для Литвы больше, то они бы оставили Л. Касчюнаса на посту министра.
Не могу сказать ничего плохого про Довиле Шакалене, но уверен, что Л. Касчюнас сделал бы намного больше для нашей армии и обороны.
Возможно, я не прав, но посмотрим, как пойдут дела у нового министра. Может, и она покажет, что способна не только красиво говорить, но и что-то конкретно делать.
Влияние морского порта не чувствуется?
18 ноября Совет по развитию Клайпедского региона утвердил новый план развития региона.
Раздутое представление
Клайпедский регион уникален тем, что расположен на берегу моря. На его территории находится крупнейший и пока единственный морской торговый порт Литвы. Хотя теоретически морской порт Швянтойи и нефтетерминал Бутинге с понтоном в море также являются отдельными объектами.
В любом случае, все три порта расположены в Клайпедском регионе, но значительного их влияния регион не ощущает.
Портовый бизнес вроде бы ничем не выделяется. Возможно, отдельные лица в портовой деятельности и получают зарплату в десять тысяч евро и более, но большинству рабочих в порту предлагаются мизерные суммы – до 1300, иногда до 1500 евро на руки.
Официально акцентируется, что Клайпедский государственный морской порт является движителем экономики региона, что он важен для развития стратегических объектов, привлечения инвестиций и развития бизнеса.
В этом есть доля правды, но есть и чрезмерно раздутое представление об экономической выгоде Клайпедского порта.
Непосредственную выгоду от порта регион получает лишь в той мере, в какой работники порта платят подоходный налог с населения.
В плане развития Клайпедского региона Клайпедская свободная экономическая зона представлена как более важный объект. В ней 43 инвестора из 18 стран мира создали почти 6 тыс. рабочих мест. Между тем в основных стивидорных компаниях Клайпедского порта работает менее двух тысяч человек. Примерно столько же их работает на судостроительных и судоремонтных предприятиях.
Негативное влияние порта
В плане развития Клайпедского региона морской порт косвенно упоминается как один из крупнейших загрязнителей.
В нём указано, что в регионе до 60 % загрязняющих веществ от стационарных источников выбрасывается в Клайпеде, 19 % – в Клайпедском районе. Крупнейшими загрязнителями указываются три объекта – Клайпедский государственный морской порт, Клайпедская свободная экономическая зона, транспортная магистраль А1 и другие подъездные пути. Понятно, что загрязняют не сами дороги, а движущийся по ним транспорт.
В негативном аспекте Клайпедский порт упоминается также как место с наименьшим количеством зелёных зон, коридоров и сообщений. Порт почти полностью состоит из бетона, плиток и прочего покрытия. Есть немало заброшенных участков, которые не используются и завалены различными механизмами и т. п.
Клайпедский порт, а точнее терминал по импорту сжиженного природного газа, вместе с Клайпедской электростанцией упоминаются как крупнейшие объекты выбросов парниковых газов в Клайпедском регионе.
Проблемный транспорт
Большой ценностью считается то, что в Клайпедском регионе представлены все четыре вида транспорта – автомобильный, железнодорожный, водный и воздушный.
Как и во всей Литве, так и в Клайпедском регионе, в каждой отрасли транспорта есть свои проблемы. Возможно, их меньше в сфере воздушного и железнодорожного транспорта, поскольку и в Палангский аэропорт, и в подъездные к порту железнодорожные пути за последние десятилетия было вложено много инвестиций, в том числе из фондов ЕС.
Самая плохая ситуация – с автодорогами. Они очень быстро изнашиваются, т. к. за последние четыре года кардинально изменилась система доставки грузов в порт и их вывоза из порта. Если в 2020 г. около 80 % грузов доставлялось в порт по железной дороге, то сейчас около 60 % доставляется автомобильным транспортом. Дороги Клайпедского региона, не только автострада А1, это быстро почувствовали.
Разработчики плана развития Клайпедского региона придерживаются мнения, что транспортная инфраструктура как внутренних дорог, так и внутренних водных путей находится на низком уровне, относительно слабо развита среди отдельных районов региона.
Считается, что Клайпедский регион, как никакой друой регион Литвы, должен воспользоваться предоставленной природой возможностью для дальнейшего развития сообщения и водного туризма на внутренних водных путях.
Водное сообщение между Клайпедским городским и Нерингским самоуправлениями относительно интенсивное через переправы АО «Smiltynės perkėla». Оно усиливается между деревнями Древерна и Свянцяле Клайпедского района и Куршской косой. То же самое справедливо и для сообщения между отдельными местностями Шилутского района, таких как деревни Русне, Уостадварис, Минийос (Мингес), Вянте, Кинтай, и Куршской косой.
Водное сообщение между Шилутским и Клайпедским районами считается недостаточным. Можно сказать, что водного сообщения между Клайпедой и Палангой нет, хотя прибрежные зоны Балтийского моря пригодны для плавания на небольших паромах.
Доход от судоходства
Было замечено, что различные кризисы значительно увеличивают доходы компаний, занимающихся межконтинентальными контейнерными перевозками. Их доходы резко возросли во время пандемии коронавируса. Теперь доходы повышаются за счёт специально вызванного кризиса в Красном море. За этот год они выросли с 16 до 33 процентов.