Автор: Nikas
Небольшие мобильные караваны – оперативная помощь Украине
Украинцы высоко ценят действия наших соотечественников, благодаря которым удаётся оперативно доставлять помощь в самые горячие точки, в места боевых действий. На этот раз – рассказ об одном из таких походов, участники которого доставили в Украину и помощь, собранную сотрудниками газет «Клайпеда» и «Kauno dienа».
Комплексный груз
В поездку по маршруту Каунас–Киев–Полтава–Каунас отправилась команда из шести человек на четырёх автомобилях: три грузовых микроавтобуса и один внедорожник «Hyundai Terracan», которому было суждено остаться в Украине, чтобы послужить в зоне боевых действий. Этим шестерым уже доводилось бывать в Украине, поэтому в ходе подготовки лишние вопросы не возникали: все знали, куда и зачем едут. Груз – комплексный. После первой экспедиции в Украину, в которой была задействована половина членов нынешней команды, мы решили, что можем сами внести немалый вклад в сбор гуманитарной помощи.
Кроме того, мы поддерживали связь с организациями и отдельными лицами, оказывавшими помощь Украине, – такими как «Pagalba LT», «Praeities žvalgas», «Blue/Yellow» («B/Y»), «LDK palikuoniams» и др., и всячески им помогали.
Мы заранее наметили дату поездки, а конкретные точки нашего маршрута окончательно выяснились лишь за день до отъезда.
Помощь, собранная усилиями журналистов и других лиц, не имела чёткого адресата, поэтому мы планировали свой маршрут с учётом потребностей партнёров.
«В Киев сейчас ничего везти не надо, нужно доставлять помощь ближе к фронту – в Полтаву», – рассказал Саулюс, которого мы встретили во время первой поездки.
Полтава находится в 350 км к востоку от Киева, ближе к фронту, однако в этой зоне нет активных боевых действий. Мы согласились. В итоге погрузили на машины помощь, собранную каунасскими и клайпедскими журналистами, организациями («B/Y»), «LDK palikuoniams», членами мотоклуба «Road brothers» и гражданами Литвы, живущими в Осло.
Особенности приграничья
В мирное время маршрут Каунас – Хелм (город в Польше, на границе с Украиной) – Киев – Полтава имеет протяжённость свыше 1400 км. В Украине, когда действует комендантский час, передвижение запрещено, поэтому мы решили въехать на её территорию как можно раньше.
В первый день поездки мы остановились на ночлег в Хелме, а в 5 час. утра уже были у границы, но здесь выстроилась чуть ли не десятикилометровая очередь автомашин. Мы моментально нашли маршрут, который позволял окольными путями выехать прямо к контрольно-пропускному пункту. Однако здесь нас встретила польская женщина-пограничник с суровым лицом, которая недовольным голосом сообщила, что мы можем пересечь границу без очереди только в том случае, если у нас имеется разрешение за подписью польского министра. Мы попытались с ней как-то договориться, но она пригрозила нам полицией и отправилась обратно в свою будку.
Становиться в конец очереди у нас не было никакого желания. Один из водителей мрачно буркнул, что стоит в этой очереди уже третий день. Мы решили попытать счастья на ближайшем пропускном пункте Зосин.
До этого контрольно-пропускного пункта мы добирались по дорогам местного значения и смогли влиться в автомобильную очередь в нескольких сотнях метров от места проверки. Нас встретили сотрудники полиции, которые попытались нам воспрепятствовать, но после того как наш соратник Кястутис сказал нескольких дружеских слов по-польски, нас направили на вторую полосу движения с возможностью покинуть Польшу без очереди. Пограничникам мы объяснили, что наша колонна состоит из четырёх автомобилей. И вот автоматический шлагбаум поднят. Первым стоял внедорожник «VW Crafter», вслед за ним границу пересёк наш «Mercedes Benz Sprinter», но перед носом нашего четвёртого автомобиля «Iveco» шлагбаум вдруг опустился. Пограничник заявил, что машина слишком большая. Довидас, который был за рулём «Iveco» попробовал возразить, стал показывать документы – мол, «Iveco» не считается грузовиком, это легковой грузовой автомобиль, но поляк был непреклонен: «У меня нет времени, езжай отсюда».
Мы попытались поговорить с другими пограничниками, но их наши проблемы не волновали, нам было велено сесть в машины и ждать своей очереди. Довидас и Айсте остались в Польше с грузом поддонов с банками суповых концентратов «Kėdainių konservai» и коробками с качественной военной униформой.
У экипажей, которым удалось проскользнуть через государственную границу, это заняло почти два часа. Поляки никуда не спешат, а украинцы работают хаотично. Порядок доставки помощи всё время ужесточается, пришлось заполнять декларации, проходить дополнительную проверку и т. д.
Между тем Довидас и Айсте на автомобиле «Iveco» двинулись в сторону третьего контрольно-пропускного пункта, где очереди не было совсем, поэтому до украинской земли они добрались лишь с небольшим отставанием от нашего каравана. Мы договорились, что три автомобиля поедут впереди, осмотрятся на местности, а потом мы все встретимся где-то на пути к Киеву, где планировалась первая ночёвка в Украине.
Амортизатор в салоне
Относительно маршрута мы условились накануне. От польско-украинской границы основной автомобильный поток в сторону Киева движется через Луцк, Ровно и Житомир. Однако движение там очень интенсивное, мы слышали, что у подъезда к столице большие заторы, поэтому решили воспользоваться советом одного консультанта и отправиться по самому прямому пути – через Ковель и Сарны.
Долгое время по этой дороге добираться до Киева было невозможно, так как её контролировали оккупанты. К тому же недалеко от Бородянки было взорвано несколько мостов.
«По этой дороге я ездил два дня назад. Дорога хорошая, ехать можно, разве только с одним мостом возможны проблемы, поскольку у вас груз тяжёлый. В худшем случае в этом месте повернёте вниз к житомирской трассе», – информировал накануне наш соотечественник.
Маршрут хороший. Дороги Украины – не всегда. Там в пути не расслабишься. Казалось бы, едешь по асфальту хорошего качества, спокойно, на довольно большой скорости, и вдруг начинается участок с глубокими и коварными ямами и рытвинами. В начале одного из таких участков – за Сарнами – белый «мерседес» Мантаса остановился на обочине. Бегло осмотрев автомобиль, Мантас констатировал: «Амортизатор влез в салон».
Так оно и было – один амортизатор не действовал, но мы продолжили путь, другого выхода не было.
Без котлет и пива
Перед поездкой в Украину необходимо основательно подготовиться. Самые необходимые вещи: документы на украинском языке, с которыми в дороге кое-где бывает проще пройти проверку, запас топлива, украинская карта мобильной связи, провизия минимум на два дня, гривны.
На каждом крупном перекрёстке дорог, особенно близ городов, в Украине устроены блокпосты, на которых, в зависимости от значимости перекрёстка, круглосуточно дежурят военные или члены местных отрядов самообороны. Правила там простые: остановиться, где тебе укажут, предъявить документы. В тёмное время суток надлежит выключить фары, включить аварийные огни, свет в салоне, руки держать на видном месте.
Чаще всего, возле блокпоста хватает того, чтобы водитель автомобиля, следующего во главе колонны, показал документы, сообщил, сколько автомобилей в колонне, и дальше уже можно ехать без каких-либо помех. Но иногда паспорта приходится предъявлять всем, а иногда и показывать груз.
На некоторых постах требуют официальные документы на украинском языке, подтверждающие, что конкретный человек на конкретном автомобиле доставляет помощь конкретному адресату. Лучше всего, чтобы такой документ был выдан властными инстанциями или воинскими подразделениями. У нас такие документы имелись, поэтому блокпосты мы преодолевали без проблем. Большинство украинцев, с которыми доводилось сталкиваться на блокпостах, к гражданам Литвы относятся дружелюбно, не придираются, провожают с улыбкой.
Горючее в Украине – большая проблема, особенно не хватает дизельного топлива. Возле самой границы можно залить в бензобак всего 20 литров – такова норма, а от границы до Киева – больше 500 км. В столице дизтопливо тоже не на каждой бензоколонке найдёшь, да и там установлена норма. На действующих автозаправочных станциях выстраиваются очереди, поэтому очень важно на въезде в Украину иметь полный бензобак и ещё столько же про запас – в канистрах.
Пользоваться мобильной связью и Интернетом через литовского оператора в Украине очень дорого. Карточки мобильной связи, действующей в Украине, можно купить на каждой бензоколонке за 2,5–5 евро. Мобильной и интернет-связи на эти деньги нам вполне хватило на несколько дней поездки.
Евро на гривны можно без труда поменять у бабулек, которые промышляют в приграничье. Курс неплохой – около 40 гривен за один евро.
После предыдущей поездки у нас ещё оставалось немного гривен, и все помнили, что эти деньги в общем-то и не потребовались. Зачем тогда менять?
Но зачем менять, мы поняли, доехав до бензоколонки недалеко от города Малин. Там был большой выбор товаров, работало кафе. Мы решили, что это хорошее место, чтобы подождать Довидаса и Айсте. Взяли по маленькой бутылочке пива, кофе, перекус на дорогу и тут же заказали борща, котлет – решили провести там часок. Но наступило время платить по счёту – оказалось, что банковской картой расплатиться невозможно. Пришлось отозвать заказ борща и котлет, поставили мы пиво обратно в холодильник и пошли вон.
Порядок наводят быстро
Уже в этом месте на магистрали были видны следы реальной войны – поврежденные дома, поля с чернеющими воронками от взрывов, подпалины на асфальте.
С приближением к Киевской области нам попался первый разрушенный мост, изображение которого мы не раз видели на просторах Интернета. По одной полосе движения ехать можно, а на другой – прямо по центру оставленная взрывом дыра диаметром в несколько метров.
Дальше нас ждал мост, о котором консультант рассказывал, как о возможной проблеме. Внедорожник, следовавший от моста во встречном направлении, притормозил, мы обменялись с водителем приветственными жестами, остановились, опустили стёкла водительских дверей.
«Здравствуйте, не проедете», – заверил незнакомец.
Мы возразили – мол, нам известно, что наш знакомый пару дней назад здесь благополучно проехал.
«Два дня назад можно было проехать, я и сам ездил, но последние двое суток шёл дождь, грунт размыло, я даже на внедорожнике не рискнул, а на ваших груженых машинах уж никак не проехать», – пояснил украинец. Сам он живёт в Киеве, но время от времени наезжает в усадьбу неподалёку – проверяет, не наведывались ли туда воры.
Пока мужчина руками в воздухе рисовал маршрут вынужденного объезда, к нам прибилось несколько оголодавших собак.
Диана выскочила из машины, открыла двери грузового отделения и достала упаковки с собачьим кормом – к такой встрече она подготовилась ещё в Литве.
«Когда поедете этими лесами, держитесь дальше от обочин. Российские солдаты закопали там много мин, недавно подорвалась фура, пытавшаяся развернуться. В лесах полно мин. По грибы нескоро пойдём», – констатировал мужчина и тут же поинтересовался, не хотим ли мы увидеть неразорвавшуюся ракету.
Мы несмело кивнули. Мужчина зашагал по обочине, ступил на лесную подстилку. После его слов о минах мы чувствовали себя неуверенно, держались чуть поодаль, двигались исключительно по асфальту.
«Уже увезли, быстро тут у нас порядок наводят», – разочарованно сообщил незнакомец об исчезновении ракеты.
Картины, представшие перед нами дальше, только подтвердили его слова. Освобождённые от оккупантов территории, развороченные ракетными ударами, украинцы приводили в порядок очень быстро. Мы ехали по дорогам, протянувшимся по полям, где ещё недавно шли бои, всюду были видны следы этих боёв, однако нам на пути встретилось всего лишь два сгоревших бронетранспортёра – все остальные уже были вывезены, дороги подметены.
| Потрясение: картины в пригородах Киева отбили желание говорить, да и рассказывать при виде всего этого было нечего. Фото из личного архива Тадаса Ширвинскаса |
Радио умолкло
Объезд не показался нам слишком длинным, но дорога была извилистой, это напоминало езду по трассе слалома – ты маневрируешь не для того, чтобы объехать яму, а чтобы угодить в яму поменьше.
Перед тем как отправиться в объезд, мы информировали Довидаса и Айсте о том, что маршрут меняется и они могут повернуть на юг раньше. Мы встретились с ними на полпути во время объезда. Это изменение маршрута отняло у нас час, а вынырнули мы почти в том же месте магистрали – по другую сторону того самого взорванного моста.
Солнце близилось к закату, мы подъехали к Бородянке. Миновали первый блокпост, двигались медленно, все настроенные в машине радиоволны ушли, радиостанции умолкли. На улицах не было ни одного уцелевшего от ракетного или бомбового удара дома, пропало у нас и желание говорить.
Ещё один разрушенный мост – две плиты отошли друг от друга по центру и рухнули вниз, но края остались на месте, сохранив V-образную конструкцию. Дорожники засыпали середину щебнем, и этого было достаточно, чтобы через мост можно было проехать.
Дальше предстояло миновать Бучу и Ирпень. Разговаривать по-прежнему не хотелось, да и не о чем было говорить. Весь мир видел картины из этих окрестностей Киева. Там охватывает такое отчаяние и тоска, что не передать никакими словами, никакими фотоснимками.
Мы покинули Ирпень по временной дороге, которая проложена к ещё одному разрушенному мосту. Почти стемнело. Молча вышли из машин. Довидас подошёл к грузовому отделению своей машины: «Мне нужно залить топливо».
«Не стоит, уже приехали», – произнесли мы с Мантасом в один голос.
Мы все плохо представляли себе, где находилась линия фронта. Нам казалось, что оккупанты грабили, насиловали и убивали безоружных людей где-то в 40 км от Киева, а на самом деле это происходило прямо в пригороде.
Сирена не испугала
В Киеве нас встретили бойцы полка «Азов». Мы должны были ночевать на одной из их баз. У входа в здание бойцы несут караул, на первом этаже под окнами свалены мешки с песком. Возле выделенных нам комнат мы прослушали инструктаж.
«Свет можно зажигать только в ванной, шторы на окнах раздвигать нельзя. Во время сна двери можно запереть, но покидая комнату, захлопывать двери не нужно. Если захлопнуть, то открыть потом их будет непросто – ключи есть только у двух человек, которые не всегда бывают на месте. Вещи можно оставлять в комнате спокойно – случаев краж у нас никогда не было», – инструктировал мужчина лет пятидесяти в военной форме.
К нам присоединились и несколько бойцов «Азова», которым хотелось пообщаться. В их числе была и Китти – молодая женщина, которая пользуется здесь авторитетом. Кястутис уже был с нею знаком. Мы усомнились в том, что это её настоящее имя, возможно, она его заслужила тем, что на базе «Азова» живёт с двумя чёрными кошками.
«Китти, у нас один автомобиль сломался, а завтра нам на двух машинах необходимо добраться до Полтавы и вернуться обратно в Киев до начала комендантского часа. Нужно сегодня или завтра рано утром выгрузить груз, адресованный вам», – объяснил Кястутис.
Разговор о войне, о жизни, о грузе длится минут 20, потом Китти предлагает спуститься на первый этаж – она покажет, куда можно выгрузить вещи. Мы спускаемся. Темно. Едва различимы силуэты сгрудившихся мужчин.
«Спокойно, это свои, вот только чего они собрались, может, кто-то нас атакует?» – подумалось мне.
Оказалось, их созвали сюда, чтобы разгрузить наши машины. Мы отдали бойцам помощь, частично собранную своими силами, частично силами литовцев в Осло: лекарственные средства, продукцию, переданную компанией «Volfas Engelman» и фабрикой «Kėdainių konservai» – энергетические напитки, суповые концентраты, солдатские продовольственные пайки.
В процессе разгрузки завыла сирена воздушной тревоги – крайне неприятный звук, возвещающий об опасности, но на него никто не отреагировал, люди продолжали работать.
Украинцы к сигналам тревоги уже привыкли, но это нехорошо. Потом мы между собой говорили о том, что жертв среди гражданского населения было бы меньше, если бы, услышав сирену, люди спешили в убежища. С другой стороны, сигнал тревоги предупреждает о приближении вражеского самолёта или ракеты, однако это не означает, что их мишенью является именно то место, где звучит сирена.
Закончив с выгрузкой, мы еще пообщались, выпили пива, а на часах уже было почти два часа ночи. Мы поспешили лечь спать, поскольку через несколько часов нам предстояло отправиться в путь.
Специальная миссия
В Киеве живёт двоюродная сестра Дианы Инга. До начала войны мы с ней мало общались. Во время первой поездки в Украину навещать её не стали, хотя находились в каких-то 70 км от столицы, но времени было в обрез. Времени не хватало и в этой поездке, но оказавшись в Киеве, мы всё же должны были её навестить.
Мы приехали в город, когда православные праздновали Пасху. По этому случаю столичные власти объявили о смягчении комендантского часа – с 23 до 5 час. В 5 час. 06 мин. мы уже сидели в машине, а через полчаса уже гремели колёсами чемодана по асфальтированной дорожке спального микрорайона. В чемодане – гостинцы из Литвы. Это уже третья посылка для Инги. На этот раз там был столь полюбившийся украинцам литовский чёрный хлеб, сало и т. д.
В обмен мы получили праздничный пасхальный кулич – выпечку, которую православные едят один раз в году, на Пасху.
В гостях мы пробыли пару часов, а в 9 утра уже вернулись в гостиницу. Нам не терпелось отправиться в путь. До Полтавы – 350 км. Было неизвестно, какие дороги нас ждут, в каком они состоянии. Нам предстояло не только проехать весь путь туда и обратно, но ещё и выгрузить груз. Всё нужно успеть до начала комендантского часа, в противном случае нам пришлось бы ночевать в машинах. Уехать раньше мы не могли, так как обещали в 9 час. позавтракать с бойцами.
Таков был наш план. Но он провалился, когда Мантас, выйдя из своей комнаты, захлопнул дверь, чего нам не рекомендовал делать тот немолодой мужчина, который инструктировал нас по приезду.
«Я же просил, чтобы мне всё переводили с русского языка, ведь я ничего не понимаю: мне никто ничего о дверях не говорил», – оправдывался Мантас в ответ на упрёки.
Накануне мы решили, что для поездки в Полтаву нам хватит двух автомобилей: Мантас и Кястутис останутся в Киеве и попробуют отремонтировать наш «мерседес». Но в этой машине находились документы, которые нам необходимо было взять в Полтаву, а ключи от автомобиля были в комнате у Мантаса. Время шло, мы завтракали, поглядывая на часы.
Твёрдый отказ
После завтрака наши комнаты уже оказались отперты. Мы опаздывали, но пока ещё не паниковали. Как оказалось, паниковать и не стоило: дорога в Полтаву была легче, чем мы думали. Из-за заминированного моста нам пришлось проехать сотню километров по не самым лучшим дорогам – через деревни, зато потом мы выехали на прекрасную магистраль и добрались до цели куда быстрее, чем рассчитывали.
В Полтаву мы везли помощь «B/Y», окончательной целью которой был Харьков. Большую часть груза составляли медикаменты и военное обмундирование, ящик с тепловизорами и оптическими прицелами. Ящик небольшой, но его стоимость – по меньшей мере, 20 тыс. евро.
В Полтаве нас ждал Александр. Мы встретились на бензоколонке.
«Саша, еврей», – представился он.
Бросив взгляд на груз, он тут же предложил: «А вы не хотите доехать до Харькова? Это рядом – всего 120 км осталось, и не придётся тратить время на выгрузку-погрузку».
К тому времени Харьков находился в окружении российской армии, расположившейся в форме буквы U, въехать в город можно было только с южной стороны.
Саша угомонился со своим предложением лишь после нескольких твёрдых «Нет».
Позднее об этих уговорах Саши непременно отправиться в Харьков мы рассказали Саулюсу, который и координировал доставку груза «B/Y» в Полтаву.
«Не от тебя первого слышу, что он упорно зазывает всех в Харьков. Он это делает специально – из желания, чтобы как можно больше людей увидели, что там творится, чтобы они были шокированы и ещё активнее стали собирать и доставлять помощь Украине», – раскрыл Саулюс замысел Саши.
Мы перегрузили вещи прямо на территории бензоколонки – из наших микроавтобусов в прицеп фуры.
«Если вам потребуется какая-то помощь, звоните – руки у нас длинные», – сказал Саша на прощание.
По словам Саулюса, Александр – влиятельный харьковский деятель, у которого есть связи по всей стране.
На той же бензоколонке мы заправились топливом. Чем дальше на восток, тем больше становились нормы отпускаемого топлива. Во время нашего визита в Полтаву нам разрешили залить в бензобаки целых 100 литров. Но не исключено, что уже на следующий день норма изменилась.
На обратном пути в Киев нам стали приходить сообщения от знакомых, которые спрашивали, всё ли у нас в порядке: когда мы уже уехали из Полтавы, по городу ударило шесть российских ракет, одна из них угодила в топливное хранилище.
В Киев мы добрались без приключений, до комендантского часа оставалось ещё около часа, мы потратили это время на посещение Майдана. Мантас и Кястутис машину не отремонтировали, зато посетили старый город Киева.
Приятное знакомство
На второй вечер на базе «Азова» мы познакомились с Евгением. Это приятный молодой человек с неординарной историей. Он служит с 2014 года, с начала конфликта с Россией. Шесть лет назад потерял ногу, но службу не бросил – качественный протез позволяет ему продолжать выполнять долг перед родиной. Его специализация – снайпер. Поэтому общий язык с Евгением очень быстро нашёл Довидас – энтузиаст стрелкового спорта. Когда разговор зашёл о типах пуль и видах пороха, другие участвовать в их беседе уже не могли.
Лекция об оружии стала интереснее, когда Евгений согласился показать свой «инвентарь». Есть там и оружие, предназначенное для применения в темноте – оно снабжено оптическим прицелом и тепловизором, что позволяет вычислить и метко поразить цель на расстоянии до 800 м. Другой прицел рассчитан на расстояние свыше километра, ствол оружия снабжён глушителем.
В ходе долгой беседы выяснилось, что боец желает служить ещё эффективнее – на собственные сбережения он мечтает приобрести внедорожник для служебных целей и уже почти накопил нужную сумму денег. Требований к машине у него немного: хорошая проходимость, дизельный двигатель, предпочтительно – автоматическая коробка передач, поскольку таким автомобилем удобнее управлять при наличии протеза ноги.
«Попрошу вас в Литве посмотреть несколько моделей. Впрочем, и смотреть-то особо нечего. Я в Литве покупал не один автомобиль – продавцам-литовцам можно доверять, достаточно поговорить с ними по телефону», – удивил Евгений своей уверенностью в честности литовских торговцев автомобилями.
Уже потом участники нашего каравана заговорили между собой о том, что этому человеку нужно помочь, не просто посодействовать в поисках нужного автомобиля.
При участии журналиста Скирмантаса Малинаускаса мы купили внедорожник, и через две недели после нашей беседы с Евгением автомобиль был в Киеве. Но это уже другая история.
Часовая стрелка давно перевалила за полночь, и мы поспешили лечь спать – на следующий день нам предстояло оправиться в долгий путь из Киева в Литву.
Из огня да в полымя
Мы решили выбрать тот же маршрут, по которому приехали в Украину, но при этом хотели избежать того длинного и ухабистого объезда, а потому найти и проверить ту дорогу, по которой два дня назад нам не рекомендовал ехать местный житель.
Мы подъехали к тому самому мосту, который нам пришлось объезжать два дня назад, но теперь уже с другой стороны. Мост был разрушен до такого состояния, что по нему было не проехать, возле него валялись не только обломки конструкций, но и несколько автомобилей, пострадавших во время бомбардировки. Вдали мы увидели, как по извилистой колее, проходившей по лугу среди кустарников, медленно едет белый внедорожник. Мы надеялись, что он добрался сюда с той стороны моста, что этот путь можно преодолеть. Издали мы стали махать водителю.
| Фото из личного архива Тадаса Ширвинскаса. |
«Проехать здесь невозможно. Следуйте за мной, я попросил знакомого показать другую дорогу, он местный. Где-то неподалеку есть деревянный мост, говорят, там можно проехать», – прокричал водитель внедорожника.
Нашу колонну догнал и обогнал «жигулёнок». Это был наш проводник. Вскоре он с главной дороги свернул на просёлочную, состояние которой не поддаётся описанию. Мы выбрали этот путь не только для того, чтобы сэкономить время, но и пытаясь избежать ям на дороге, поскольку наш «мерседес» основательно пострадал…
Эта ужасная дорога вскоре упёрлась в разъезженный хлябкий луг, казалось, что по нему целую неделю катались тяжёлые трактора. «Жигулёнок», разогнавшись, просто летел по грязи.
Мы двигались следом, однако заднеприводной незагруженный «Crafter» забуксовал в первой же серьёзной яме, из которой с трудом выбрался после нескольких попыток. Но это было только начало огромного луга. Гнать все три автомобиля через это болото оказалось не лучшей идеей.
«Не стоит рисковать. Если хоть один застрянет, без трактора не обойтись», – констатировал Кястутис.
Со стороны деревянного моста проследовало несколько автомобилей, все с большим трудом, но как-то пробились. По словам водителей, для нас важно добраться до моста – за ним покрытие гораздо лучше, можно ехать. Мы разошлись в разные стороны на разведку. Решили держаться правее, где сохранилась старая колея, но по ней давно никто не ездил.
Ехали по одному. Задача ясна: жать на газ и не отпускать педаль акселератора – не останавливаться на раскисшем лугу, поскольку снова двинуться с места будет уже невозможно. Мы пересекли этот луг без особых трудностей, попалась пара ям посерьёзнее, в салоне подпрыгивали вещи, но мы уверенно двигались вперёд. В конце участка перед самым мостом мы всё же угодили в глубокое месиво грязи, пришлось дать газу, двигатель рычал, но машина шла уверенно: наконец, мы на мосту.
Но на этом история со скверной дорогой не закончилась – на пути появились новые кратеры ям. Мы продвигались медленно, поскольку лесная дорога была настолько изъезжена, словно изрыта бомбами. И это было похоже на правду – дорога петляла по лесу, который оказался в водовороте войны: торчали обгоревшие стволы, некоторые наполовину обломленные, со следами стрельбы.
«Вряд ли мы сэкономили время, а ухабов хватанули больше, чем если бы поехали по той объездной дороге», – невесело усмехнулась Диана, когда мы наконец выбрались на нормальное шоссе.
Медленная дорога домой
Мы остановились на той же бензоколонке, где нам пришлось отказаться от пива и котлет. На этот раз рассчитаться банковскими карточками оказалось можно. Борщ был вкусным.
Дальше предстояла лёгкая часть дороги, но мы не сумели уберечь свой «мерседес» – на очередном ухабистом участке в салоне оказался и второй амортизатор. До границы с Польшей на тот момент оставалось около 150 км. Нам не смогли помочь ни литовцы из Ковеля, ни Саша из Полтавы с его «длинными руками»: знакомства знакомствами, но найти действующий автосервис на второй день Пасхи оказалось невыполнимой задачей.
Никто не помог «мерседесу» и в Польше, но в итоге помощь и не потребовалась – кое-как машина благополучно доехала до Литвы.
Все участники этой поездки пришли к единому мнению, что в ближайшее время в Украину не вернутся, поскольку собирать помощь становится всё труднее, бюрократия всё больше осложняет процесс пересечения границы, да и сама война, как нам казалось, скоро закончится.
Однако Айсте и Довидас уже на следующие выходные снова были в Киеве, а остальные члены команды активно действуют, собирая гуманитарную помощь и помогая делать это другим.
Зачем это нужно?
Украине выделяется щедрая помощь, однако она долго залёживается на складах и слишком медленно добирается до цели. Слишком медленно. Прямая доставка конкретному адресату позволяет обеспечивать целенаправленную помощь. Такую, какую ждёт именно тот, кому она нужна больше всего, и именно тогда, когда она нужна.
Например, список медикаментов, в которых нуждаются бойцы «Азова», мы получили во вторник, в четверг они уже были закуплены, в субботу – выгружены на складе в Киеве, в воскресенье – отправлены на фронт.
Дезинфицирующая жидкость, лежавшая на складе «B/Y» в Вильнюсе, до точки назначения добиралась бы неделями, а мы упаковки с медикаментами на микроавтобусах доставили в Полтаву меньше чем за три дня. Ещё через сутки медикаменты уже были в харьковской больнице.
Воспитание творчеством: учиться видеть красоту окружающего мира
При клайпедской белорусской общине «Крыница» вот уже больше десяти лет действует детская воскресная школа «Верасок», где дети занимаются пением. В октябре прошлого года появилась идея разнообразить занятия в школе другими видами деятельности, и детей особенно заинтересовала живопись.
Создать хорошую основу для самовыражения детей и позаниматься с ними взялась дипломированный художник и увлечённый специалист Оксана Юозайтене.
Помещение для занятий предоставил Центр национальных культур при Клайпедском самоуправлении. Собирается детвора по субботам. Двери открыты для всех желающих.
Директор центра Елена Буткявичене и куратор проектов Татьяна Кононова помогли оформить необходимые документы для этого доброго начинания. Деньги поступают из так называемой «детской корзины», предназначенной для неформального воспитания детей.
Это не коммерческие занятия. Поэтому студия с благодарностью примет любые пожертвования на благо детей.
О.Юозайтене пояснила: «Сейчас у нас занимаются двенадцать человек – дети от 6 до 14 лет. У каждого возраста есть свои отличия: у детей разный уровень внимания – если малышам больше нужна сказочность, то старшие нацелены на результат. Стараюсь помогать детям осваивать красоту, стремиться выразить себя – а это и даёт рисунок. Мы смешиваем краски, делаем сложные цвета и оттенки, познаём азы воздушной перспективы. Касаемся академических основ. Не все из этих детей будут художниками, но они научатся видеть красоту окружающего мира», – к этому и стремится преподаватель.
Недавно юные художники рисовали птицу счастья. У каждого она получилась своя: сиреневая или с желтыми оттенками, были розовые, были похожие на маленького попугайчика и даже с большим хвостом – работы разные, но все яркие и жизнеутверждающие. Горящие глаза детей, получающих удовольствие от урока, – вот миссия учителя и цель занятий.
Воспитанники Оксаны уже участвовали в большом международном конкурсе рисунка «Теплое Рождество». Увидеть свою работу на выставке, услышать мнение зрителей – это находит большой эмоциональный отклик в душе юных творцов. К тому же конкурс подарил ещё и грамоты, дипломы, подарки – это приятная оценка, положительная энергетика, ступенька к профессиональному росту. А ещё это радость для родителей.
В мае состоялось и замечательное «семейное» торжество общины «Весенний букет», посвященное Дню матери. В большом концерте участвовал белорусский детский вокальный ансамбль «Верасок» (руководители Валентина Снигур, Ирина Симачёва), были танцы, отличное настроение и подарки мамам – в том числе и рисунки детей. Великолепный праздник поддержал Центр национальных культур.
Вот так молодые студийцы познают основы мастерства, получая удовольствие и радуя окружающих своими достижениями.
Санкции ударили и по Клайпедскому порту
Помимо России и Беларуси, которые подверглись прямым санкциям за агрессию против Украины, они косвенно и серьезно повлияли на Клайпедский порт.
Потерянный транзит
За первые четыре месяца этого года Клайпедский порт потерял почти 2,38 млн тонн грузов по сравнению с 2021 годом. Его грузооборот упал почти на 16 % по сравнению с прошлым годом.
Только грузооборот российского порта Санкт-Петербург упал больше, чем грузооборот Клайпедского порта в регионе Балтийского моря. Он потерял более 4,4 млн тонн груза за 4 месяца. Спад составил более 22 %.
И Клайпедский, и Санкт-Петербургский порты в регионе больше всего пострадали от санкций.
Из-за агрессии России против Украины в порту Санкт-Петербурга не осталось многих товаров российского импорта из стран Западной Европы.
Клайпедский порт из-за санкций потерял белорусские грузы. Если в январе и феврале этого года перевалка удобрений «Беларуськалия» еще велась, то в марте и апреле их в Клайпедском порту не осталось. Остановилась деятельность «Birių krovinių terminalas» (Терминала сыпучих грузов), где уволена большая часть работников. Информация об увольнении была объявлена и в других портовых компаниях.
За четыре месяца Клайпедский порт обработал на 3,34 млн тонн меньше сыпучих грузов, в основном удобрений. Спад грузооборота этой группы составил почти 45 %. Надежды на возврат этого груза нет. Потеряв белорусские грузы, Клайпедский порт практически полностью лишился транзита.
Диверсификация приветствуется
Из-за потери удобрений «Беларуськалия» и другого белорусского транзита грузооборот Клайпедского порта, по крайней мере теоретически, будет продолжать снижаться на 2–4 процентных пункта каждый месяц.
После февраля текущего года дефицит грузооборота Клайпедского порта составил 791 тыс. тонн или 10,5 % по сравнению с прошлым годом. За три месяца этот дефицит вырос до 1,55 млн тонн, обработано на 13,7 % грузов меньше, чем в прошлом году. Спустя 4 месяца дефицит подскочил до 2,38 млн тонн, спад составил 15,8 % по сравнению с прошлым годом.
Несмотря на то, что с каждым месяцем в Клайпедском порту наблюдается очевидный спад грузооборота, Дирекция порта пытается искать и находит грузы, объемы которых увеличиваются. В этом году было обработано на 60 % больше контейнеров. Это связано с тем, что контейнеровозы MSC, несколько лет назад снизившие свой темп до минимума, вернулись в Клайпедский порт, точнее в АО «Klaipėdos Smeltė».
В Дирекции порта это представлено как диверсификация, произошедшая за счет 100-процентного снижения тоннажного сбора для судоходных линий. Утверждается, что в Клайпедский порт прибывают крупные суда MSC, с которых контейнеры выгружаются, затем перегружаются на более мелкие суда и транспортируются в другие порты Балтийского моря. Происходит так называемый «трансшипмент» (перевалка) контейнеров.
В этом году в Клайпедском порту также обработано несколько больше грузов древесины, металлопродукции, металлоконструкций, замороженных грузов и грузов морских паромов. После резкого падения в течение нескольких лет за 4 месяца было обработано на 148 тыс. тонн наливных грузов больше, в основном за счет перевалки Клайпедского СПГ-терминала. Сжиженный природный газ, перевозимый через Клайпедский порт, заказывали не только литовцы, но и клиенты из Польши, Латвии и Эстонии.
Спад будет углубляться
Удивительно, что из всех портов стран Балтии только Клайпеда отчетливо ощутила явное падение грузооборота из-за санкций. Перевалка грузов во всех латвийских портах за 4 месяца текущего года положительная: рост в Риге – 8,2 % (+568 тыс. тонн); в Вентспилсе – 20,8 % (+892 тыс. тонн); в Лиепае – 20,3 % (+448 тыс. тонн).
Даже в соседнем российском порту Калининград рост составил 7,4 % (+232 тыс. тонн). Хотя российские порты из-за санкций должны сидеть в глубоком минусе.
То, что в соседних портах перевалка положительная, а в Клайпедском порту углубляется минус, не совсем понятно. Может быть, недостаточно усилий литовских властей, чтобы деятельность Клайпедского порта не почувствовала падения?
Если из-за санкций США в отношении Беларуси Клайпедский порт потерял большое количество удобрений, то вместо этого потока партнеры по НАТО могли бы предложить компенсацию этой потери. Это могут быть поставки товаров в Украину, воюющую с Россией, тем более, что её порты пока заблокированы.
Ничего подобного нет. Ходили разговоры, что через Клайпедский порт может транспортироваться украинское зерно. В связи с ним, как и в связи с другими товарами для Украины только проводятся эксперименты по перевозке этих грузов железнодорожным транспортом через Польшу. Несмотря на проведенную экспериментальную перевозку по железной дороге через Польшу, когда в Клайпеду прибыло 1,3 тыс. тонн украинского зерна, транспортировка грузов в Клайпеду через эту страну затруднена из-за разной ширины железнодорожной колеи.
Во время пира – жуткая трагедия
Клайпедский окружной суд осудил на пять лет тюрьмы мужчину, который, находясь в нетрезвом состоянии, дал револьвер своему другу, тоже одурманенному алкоголем. Пистолет выстрелил, друг погиб.
Суд вынес приговор клайпедчанину Сергею Сафонову, признав его виновным по факту причинения смерти по неосторожности, а также нарушения правил пользования оружием и незаконного хранения взрывчатого вещества – тротила.
Несчастье произошло в апреле 2020 года в одной из клайпедских квартир.
Моряк С.Сафонов пригласил к себе домой бывшего коллегу – моряка Андрея К. Мужчины принесли с собой три бутылки бренди. Как позже рассказала полицейским жена обвиняемого, мужчины пили бренди и общались. Анализ показал, что содержание алкоголя в крови погибшего составило 3,19 промилле.
Женщина находилась в другой комнате и, по её словам, никаких признаков конфликта между мужчинами не наблюдалось. Однако в 21.30 раздался хлопок.
После этого трагического происшествия жена обвиняемого рассказала полицейским, что её супруг, которому принадлежал револьвер, выпив с друзьями, любил показывать им своё оружие, но в тот вечер женщина не видела, чтобы накануне трагического инцидента мужчины рассматривали пистолет.
Согласно данным дела, клайпедчанин, находясь под воздействием алкоголя, нарушил положения Закона о контроле за оружием и боеприпасами, предусматривающие запрет на ношение оружие в состоянии алкогольного опьянения, запрет на ношение заряженного оружия и запрет на передачу оружия лицу, у которого нет права на хранение или ношение оружия данной категории и назначения. У себя дома С.Сафонов стал демонстрировать заряженный револьвер «Arminius HW3» и дал его в руки своему другу, который тоже пребывал в состоянии алкогольного опьянения.
Согласно выводам суда, такое поведение обвиняемого привело к тому, что револьвер выстрелил при неустановленных обстоятельствах, пуля попала в грудь пострадавшего, который скончался от полученного ранения.
Обвинения мужчине были предъявлены и по факту незаконного хранения взрывчатого вещества большой взрывной силы – тротила (75 г). Это вещество в доме обвиняемого обнаружено в день трагедии.
Обвиняемый свою вину в причинении смерти по неосторожности не признал, утверждая, что потерпевший, попросив показать оружие, вертел его в руках, поворачивал во все стороны, крутил пистолет на пальце.
Позже обвиняемый вышел на балкон покурить, а затем отправился на кухню сварить кофе. Находясь на кухне, он услышал звук выстрела, бросился в комнату и обнаружил обмякшего на стуле приятеля. Он утверждает, что не видел, при каких обстоятельствах оружие выстрелило, так как находился на расстоянии пяти метров от потерпевшего и стоял, повернувшись к нему спиной.
Свою вину в хранении взрывчатого вещества обвиняемый признал, заявив, что брикет с тротилом нашёл в подвале многоквартирного дома и принёс его домой.
Суд пришёл к выводу, что в ходе слушания дела так и не было установлено, кто из мужчин – обвиняемый или потерпевший – держал револьвер в руках в момент выстрела.
Однако данное обстоятельство не снимает с обвиняемого ответственности за причинение смерти по неосторожности.
Потерпевшие в деле и их адвокат просили переквалифицировать преступление из причинения смерти по неосторожности в убийство, однако суд эту просьбу отклонил, отметив, что были приняты во внимание выводы специалистов, экспертов относительно обстоятельств, при которых произошёл выстрел (на каком расстоянии от пистолета находились обвиняемый и потерпевший, кто из них мог (или не мог) держать револьвер в руке и нажать на курок).
Было принято во внимание и поведение обвиняемого сразу после преступления: он остался ждать вызванных сотрудников полиции, не оказывал сопротивления при задержании.
«Эти действия свидетельствуют о том, что смерть потерпевшего не была целью или результатом преднамеренного деяния обвиняемого. Кроме того, несмотря на то, что на теле потерпевшего, помимо огнестрельного ранения, найдены и другие следы травм, однако их расположение и механизм появления на теле могут быть объяснены падением нетрезвого потерпевшего, когда тот направлялся в комнату с балкона. При этом на руках и теле обвиняемого не найдено никаких повреждений, которые могли бы стать подтверждением насильственных действий в отношении потерпевшего», – указано в пресс-релизе суда.
Вынося приговор, предусматривающий наказание в виде лишения свободы за причинение смерти по неосторожности, суд указал, что смягчающие наказание обстоятельства не установлены, так как обвиняемый свою вину не признал, критически к своему поведению не относится и за последствия содеянного не переживает.
Суд также отметил, что С.Сафонов даже частично не возместил потерпевшим нанесённый им своим преступным поведением материальный и нематериальный ущерб и не признал гражданские иски потерпевших. Давая показания, он был непоследовательным, вводил суд в заблуждение относительно своего местонахождения во время выстрела и поведения потерпевшего, пытался перенести ответственность на самого потерпевшего.
«Это свидетельствует о небрежном отношении к последствиям, к которым привели его преступные деяния, о попытке обвиняемого с выгодой для себя интерпретировать обстоятельства происшествия – и всё это на фоне безответственного отношения к легально хранимому огнестрельному оружию», – объявил суд.
При этом суд решил частично отложить исполнение приговора и постановил, что после вступления приговора в силу обвиняемый должен безотлагательно отбыть наказание в виде лишения свободы сроком один год, а отбывание остального срока откладывается на два года, однако в период отсрочки осуждённому вменено в обязанность устроиться на работу или зарегистрироваться в Службе занятости и не покидать пределы города, где задекларировано его место жительства.
Супруге потерпевшего присуждено возмещение 4302 евро материального и 20 000 евро нематериального ущерба, родителям и сыну пострадавшего – 20 000 евро нематериального ущерба, сестре потерпевшего – 5000 евро нематериального ущерба и годовые в размере 5 % за присуждённые суммы со дня вступления приговора в силу.
Приговор окружного суда не является окончательным и может быть обжалован в апелляционном порядке в Апелляционном суде Литвы.
Дело о земле в порту – не в пользу государства
До Верховного суда Литвы дошло дело об аренде портовой земли, в котором 19 апреля была поставлена точка.
Борьба за новый участок
Предприятие «Klaipėdos laivų remontas», которое с конца 2020 года сменила компания «Kruizinių laivų terminalas», ещё в 2011 г. арендовало земельный участок площадью 0,5817 га до конца 2019 г.
Когда в 2019 г. была предпринята попытка продлить договор аренды до середины 2024 года, выяснилось, что часть земли принадлежит уже не Дирекции Клайпедского государственного морского порта, а Национальной земельной службе.
В ходе подготовки детального плана на территории был сформирован новый участок площадью 0,1031 га (10,31 ара). Он и был передан Национальной земельной службе. Причина – вновь сформированный участок предназначен не для удовлетворения нужд порта или эксплуатации причала, его назначение указано как «иное». Поэтому участок не был передан Дирекции порта.
Когда предприятие «Klaipėdos laivų remontas» захотело арендовать этот участок, и началась битва, которая дошла до Верховного суда. Представители ЗАО «Klaipėdos laivų remontas» уверяли, что участок мешает дальнейшему развитию арендуемой ими территории. Национальная земельная служба приняла все меры, чтобы этот участок не был сдан в аренду.
«Danės galerija» – тормоз
Новый участок в ЗАО «Klaipėdos laivų remontas» был воспринят как несправедливость. Он появился после того, как в ходе выполнения договора о приватизации этого предприятия был начат снос старых зданий, строительство новых и приспособление территории к общественным морским нуждам Клайпеды. Планировалось построить так называемую Галерею Данес.
Для этого был подготовлен детальный план, одним из организаторов которого и было предприятие «Klaipėdos laivų remontas». Процесс подготовки детального плана сформировал новый участок площадью 0,1031 га, который оказался подобен прыщу на ровном месте.
6 апреля 2021 г. Клайпедский апилинковый суд удовлетворил иск ЗАО «Klaipėdos laivų remontas» относительно участка – указал, что срок договора аренды земли должен быть продлен до 21 июня 2024 г. По мнению суда, недопустимо, что «начатые работы и долгосрочный инвестиционный проект не учитываются, не разрешается их завершить, хотя арендная плата до этого платилась надлежащим образом».
Может, всё на этом бы и закончилось, но 5 августа 2021 г. Клайпедский окружной суд отклонил часть иска об аренде появившегося нового участка до 21 июня 2024 г. Суд придерживался установки, которой придерживалась и Национальная земельная служба – после утверждения детального плана сформировался новый участок, назначением которого не является портовая земля, поэтому права арендовать этот земельный участок без аукциона не остаётся и запланированные строительные работы на этом участке осуществляться не могут.
Государство понесло убытки
Верховный суд Литвы не подлежащим обжалованию определением принял решение, благоприятное для компании «Kruizinių laivų terminalas», правопреемника ЗАО «Klaipėdos laivų remontas». Срок договора аренды вновь сформированного земельного участка, даже иного назначения, должен быть продлен до 21 июня 2024 г.
По мнению судебной коллегии этого суда, эту землю ЗАО «Klaipėdos laivų remontas» арендовало с 2011 г. – еще до подготовки детального плана, в ходе которой и был сформирован новый участок государственной земли площадью 0,1031 га.
Относительно этого участка уже сформировалась обоснованная модель продолжения деятельности, как было договорено с начальным управляющим участка, когда он еще принадлежал Дирекции порта. По мнению судей Верховного суда Литвы, Национальная земельная служба необоснованно отказалась заключить договор о продлении аренды.
Из-за ненадлежащей деятельности Национальной земельной службы предприятие было вынуждено включиться в затянувшиеся на несколько лет судебные процессы, в это время оно не могло надлежащим образом управлять участком и пользоваться им. За участок государство не получило дохода, поскольку по истечении срока договора аренды он не был продлен, участок стоял не арендованный.
Более того – Национальная земельная служба должна будет оплатить судебные издержки, а это значит, что на это будут потрачены бюджетные деньги – деньги всех налогоплательщиков. Что-то не так в государстве, если его службы включают тормоз там, где этого нельзя делать.
Повреждённую технику – в Литву
Военные действия в Украине продолжаются. Вот уже больше трёх месяцев гибнут люди, разрушаются города, уничтожаются материальные и культурные ценности, наносится громадный ущерб стране.
От этой абсурдной войны страдают и другие государства. Но так или иначе эта война закончится и станет историческим этапом в жизни Украины и Европы.
О прошедших войнах пишут историки, военную атрибутику собирают музеи, коллекционеры.
Предлагаю и литовским соответствующим музеям, предпринимателям позаботиться о повреждённой военной технике, оставленной на местах боёв в Украине – танках, пушках, самолётах и т. п., и привезти в Литву пару интересных экземпляров.
Может быть, за это можно и заплатить украинцам. Это стало бы и дополнительной помощью, так как им самим пришлось бы меньше мучиться, собирая все эти разбитые военные машины.
Ведь потом эта техника будет собрана и превратится в переработанный металл, или же её растащат любители военных трофеев из других стран.
Садист не может быть героем
Люди, неужели вы не понимаете, что сегодня нет ничего важнее войны в Украине?!
Уже приходится слышать, что, мол, надоела эта война, надоели эти ужасы и эти кадры по телевизору. Люди, придите в себя, ведь весь этот ужас происходит совсем рядом с нами.
В конце концов, если бы сегодня не было Украины, то эта армия уничтожала бы наши земли, убивала и пытала наших людей.
Вот в печати я прочитал информацию о командире моторизованной стрелковой роты российского Центрального военного округа Антоне Струеве. Он подозревается в пытках жителей города Бровары, но на родине слывёт героем.
Прокуратура Украины объявила, что А.Струев пытал двух ни в чём не повинных невооружённых местных жителей в то время, когда Бровары ещё были оккупированы.
Этого «героя» (а на самом деле преступника) тут же похвалили власти России, сообщив, что он взял в плен двух «неонацистов» и передал руководству «ценную информацию».
Что может быть страшнее? Ведь это не герой, это садист, выродок, которому приятно пытать беззащитных людей. Его место в психиатрической лечебнице, где он должен находиться до конца своих дней – как человек с явным психическим расстройством.
Ведь и в лечебнице Рокишкиса лечат таких психических извращенцев, которые считаются опасными людьми.
Сейчас, когда Россия проигрывает в этой страшной войне, её армия демонстрирует всё большую жестокость. А ведь украинцы, как говорят сами русские, – это их «братья-славяне», а что делали бы эти струевы, если бы Россия напала на Литву?
Трудно даже представить жестокость, с которой мы столкнулись бы здесь, ведь мы даже не «братья», мы – самые настоящие враги, которых просто необходимо пытать и убивать. Здесь бучи были бы на каждом шагу. Были бы вырезаны целые посёлки и города, которые потом сразу заселили бы переселенцы из Сахалина.
Так что давайте подумаем и по мере сил поможем сражающейся Украине, а не будем раздражённо выражать своё недовольство.
Как распознать дезинформацию?
В Клайпедской публичной библиотеке была организована выставка «Фейковые новости – не факт», цель которой – обратить внимание общественности на проблему дезинформации, которая сегодня распространяется чрезвычайно быстро. Клайпедчане получили возможность узнать, как в социальных СМИ распознавать настоящую информацию и отличать её от навязываемой пропаганды.
Выставка привлекла немало посетителей.
На открытие выставки в библиотеку им. Е.Симонайтите прибыли особые гости – посол Королевства Швеция Ингер Бакстон и представители Посольства Швеции. Директор библиотеки Лаура Юхневич и мэр города Витаутас Грубляускас поблагодарили гостей за инициирование этой выставки.
На презентации мэр Клайпеды подчеркнул важность грамотности в сфере СМИ с учётом роста популярности социальных сетей не только в Литве, но и во всём мире.
«Эта грамотность должна укреплять наш ценностный иммунитет, устойчивость ко лжи, которой вокруг очень много. Информационная война так же серьёзна и опасна, как и на поле боя, так как дезинформация отравляет сознание и может иметь очень тяжёлые последствия. Поэтому грамотность и способность различать фейковые новости – это более, чем важно», – сказал мэр.
Директор библиотеки выразила надежду, что эта крайне актуальная на сегодняшний день выставка поможет общественности научиться различать настоящую информацию от фейковой, побудит людей активнее интересоваться СМИ.
«Больше двух лет мы жили в условиях пандемии. Уже тогда чувствовалась необходимость уметь оценивать информацию, уметь её отбирать и правильно использовать в повседневной жизни. Сегодня нам грозит ещё большая опасность – поток военной информации. Мы должны понимать, что сталкиваемся с ложными пропагандистскими нарративами, поэтому важно научиться проверять информацию», – подчеркнула Л.Юхневич.
Женский пляж в Мелнраге – без туалетов?
Хотя официально пляжный сезон начался 1 июня, на Женском пляже в Клайпеде не хватает туалетов. Якобы в Мелнраге для того, чтобы справить естественную нужду, приходится идти в кусты или в море.
«Год за годом на официальном Женском пляже между Мелнраге-1 и -2 нет ни одного туалета. Сотни женщин должны естественную нужду справлять в кустах или в море. Неужели женщины из самоуправления не приезжают туда и не видят ситуацию?» – написала жалобу в самоуправление жительница Клайпеды.
Александрас Сякки, заместитель директора учреждения «Klaipėdos paplūdimiai», пояснил, что их учреждение обслуживает туалеты, установленные в контейнерах, а самоуправление заботится о биотуалетах.
«Туалеты есть. Но мы обслуживаем те, которые установлены в контейнерах, в них есть вода, поильники, душевые. Насколько я помню, в прошлом году на этом отрезке было два биотуалета», – сказал А.Сякки.
Учреждение «Klaipėdos paplūdimiai» обслуживает туалет, установленный на улице Копу в Мелнраге-1, в котором есть туалет, душ и поильник.
«Они платные. Услуга туалета стоит 30 центов, а цена пользования душем – 1,3 евро», – назвал цены на удобства А.Сякки.
Александр Сякки. Фото Витаутаса Ляуданскиса
В Гируляй есть стационарный туалет, еще два современных туалета есть в Мелнраге-2. Такой туалет есть на Пляже для инвалидов.
В Смильтине есть три современных туалета. Один находится на подходе к центральному смильтинскому пляжу, ближе к велосипедной дорожке. Второй туалет контейнерного типа находится рядом с центральной спасательной станцией, прямо на пляже.
Еще один туалет находится у велосипедной дорожки, идущей от Новой переправы.
На сайте самоуправления рядом с проблемой, высказанной клайпедчанками, указано, что решение доверено компании «Klaipėdos vanduo».
Представитель этой компании Гинтаре Буткене заверила, что до сих пор компания не получала поручений или просьб об устройстве водопроводной или канализационной ветки на пляж Мелнраге.
«Необходимо уточнить, насколько далеко от пляжа находятся ближайшие сети. Мы не строим туалеты на пляжах. Но если есть сточные воды, мы этим займемся», – сказала Г.Буткене.
Политики Клайпедского района не поддержали развитие карьеров
В связи с недовольством населения плановой вырубкой Шернайского леса, поскольку под ним находятся запасы гравия стоимостью в миллионы, клайпедский районный совет принял решение не допускать развития хозяйственной деятельности за счет принесения в жертву леса.
Из-за гравия – вырубка?
Замыслы относительно калвяйского месторождения песка и гравия на новых площадях были у компании «Dantora».
Компании принадлежит гравийный карьер, эксплуатация которого еще не завершена, но компания, по разрешению Геологической службы, уже провела обследование месторождений близлежащих земель.
Добывать гравий планируется после вырубки участка государственного леса. Он принадлежит кретингскому отделению Лесной службы.
Начальник кретингского лесничества Томас Залецкис заверил, что у предпринимателей будет возможность вырубать лес только в том случае, если Правительство разрешит исключение леса из списка государственных лесов.
«Этот лес защищает поселок Кятвергяй от запахов думпяйской свалки. Они хотели бы 63 га, а это огромная территория. В Клайпедском районе полно карьеров, но вот лесов маловато. Покрытые лесами территории в Клайпедском уезде составляет около 26–27 проц., на территории самоуправления Клайпедского района – только 24 проц. леса. Во всей Литве леса занимают 33,7 проц. территории», – пояснил Т.Залецкис.
Леса не только защищают населенные пункты от неприятных запахов, но и играют противоэрозионную функцию в приморской зоне.
Недовольны таким соседством и местные жители. Они убеждены, что их жизнь станет хуже, если исчезнет часть леса.
«Нас поразили такие замыслы, предприниматели претендуют на огромную территорию, более 60 га. Однако Закон о лесах разрешает такую деятельность только в исключительных случаях, если, например, таких ресурсов больше нигде в самоуправлении нет. А Клайпедский район, пожалуй, является самым богатым на карьеры. Карьеров полно, а лесов у нас не хватает», – возмущался местный житель Томас Чедавичюс.
Больше всего население поразило то, что в отчете об оценке воздействия на окружающую среду отмечалось, что птицы, живущие в калвяйском карьере, после начала вырубки леса и расширения карьеров безопасно и быстро оттуда улетят.
«Это цинично. Так и нам, жителям, придется быстро выселяться. Так как жили бы всего в 500 метрах от запланированного карьера. И так уже наш ландшафт состоит из кладбищ, крематориев и очистных сооружений», – посетовал житель.
Томас Чедавичюс. Фото из личного архива
Месторождений –достаточно
В самоуправлении клайпедского района отчет об оценке воздействия на окружающую среду не был утвержден, комиссия делегировала право принятия решения по этому серьезному вопросу районному совету.
Все комитеты, рассматривавшие это предложение, также не поддержали его. На заседании совета во время голосования вопросов не возникло, решение было принято единогласно.
В решении совета также подчеркивалось, что в настоящее время на территории Клайпедского района действует 36 песчано-гравийных месторождений. По данным Литовской геологической службы, девять участков еще не сданы в эксплуатацию, а участок, которым в настоящее время управляет «Dantora», также все еще находится в эксплуатации, поэтому исключения Закона о лесах применяться не могут.