Автор: Nikas
Отдыхающие у моря жаждут тишины
Руководство общественного учреждения «Klaipėdos paplūdimiai» представило результаты работы за минувший летний сезон. На пляжах Клайпеды этим летом было спасено 18 отдыхающих, в том числе пятеро детей, однако море унесло две жизни.
Назойливые повторы
В течение всего пляжного сезона спасатели оказали помощь 400 отдыхающим, медиков вызывали к морю 31 раз, полицейских – 40 раз.
Руководитель ОУ «Klaipėdos paplūdimiai» Жигинтас Нармонтас представил членам комитета коммунального хозяйства и охраны окружающей среды отчёт о проделанной работе и дальнейших задачах.
«Лето было литовским», – так оценил погоду минувшего лета Ж. Нармонтас.
На заседании ему был задан неожиданный вопрос. Член горсовета Саулюс Лекис поинтересовался у руководителя спасателей, не планируют ли они отказаться от назойливой трансляции через громкоговорители на городских пляжах.
«Клайпедчане хотят знать, собираетесь ли вы отказаться от объявлений и длительных наставлений по громкоговорителям, тем самым мешая отдыху людей», – осведомился член горсовета.
По словам С. Лекиса, постоянное повторение одной и той же фразы досаждает отдыхающим.
«Почему все отдыхающие должны слушать неоднократно повторенную одну и ту же фразу: „Мужчина с собакой, просим покинуть пляж“», – привёл пример политик.
Как считает С. Лекис, спасателям следовало бы подъехать или подойти к конкретному человеку, а не твердить одно и то же по громкоговорителям.
«Это мешает отдыху. Действительно ли так уж необходимо всё время повторять „Не заплывайте за буйки“?» – вопрошает член горсовета.
Саулюс Лекис: Это мешает отдыху. Фото Витаутаса Ляуданскиса
Люди прислушиваются
Однако, как утверждает Ж. Нармонтас, эффект от напоминаний спасателей по громкоговорителю налицо.
«Всё реже люди приходит на пляж с собаками. Функция спасателя спасать. А если он начнёт разъезжать по пляжу на квадроцикле и свистеть в свисток, чтобы люди не курили или не употребляли алкоголь, внимание будет направлено не туда, куда нужно. Спасатели должны вести наблюдение за тем, что происходит на воде», – пояснил Ж. Нармонтас.
Он напомнил трагический случай, когда утонул ребёнок.
«Недосмотр за детьми является большой проблемой. Может, какие-то подробности по громкоговорителю и не стоит повторять, но эффект есть. Когда говоришь, что с собакой на пляж нельзя, все люди устремляют взоры на отдыхающих с собакой. И уже от этого есть эффект», – считает Ж. Нармонтас.
Излишние наставления
В свою очередь член горсовета Угнюс Радвила поведал о том, что летом слышал, как на пляже каждые пятнадцать минут раздавались и другие напоминания.
«Спасатели предлагали накрыть голову полотенцем, воспользоваться защитным кремом от солнца. Сегодня прогресс, конечно, есть по сравнению с тем, что было раньше. Но наблюдение коллеги справедливо. Если всем громко будет объявлено о человеке с собакой, он никуда не исчезнет», – заметил У. Радвила.
Политик считает, что наставлений на пляжах должно быть меньше.
Ж. Нармонтас обратил внимание на то, что пляж в Мелнраге-1 облюбовали иноязычные отдыхающие или приезжие из других стран.
«Какая там культура и какой там порядок… Там должны работать самые крепкие спасатели и физически сильные медики. Весьма ощутима разница, как реагируют на замечания спасателей наши люди, и какие реакции мы видим в Мелнраге-1», – поделился наблюдениями Ж. Нармонтас.
Председатель комитета Кястутис Бартининкас, выслушав отчёт Ж. Нармонтаса, пожелал спасателям удачи.
«Просто следует выбрать правильную периодичность сообщений и интонацию», – подытожил К. Бартининкас.
Зелёные судоходные коридоры
Шведский институт в рамках программы соседства Балтийского моря выделил финансирование на сотрудничество Клайпедского порта и партнёров из Швеции и Эстонии по поиску возможностей открытия зелёных судоходных коридоров в Балтийском море.
Инвестиции в будущее
В рамках проекта планируется оценить возможности портов по приёму экологичных судов, проанализировать потребности портов и судоходного сектора, расширить сотрудничество за счёт привлечения других заинтересованных организаций, а также разработать концепцию потенциальных зелёных коридоров и методы её реализации.
Отмечается, что Клайпедский порт активно использует все возможности для планирования, развития зелёных судоходных коридоров и интеграции в них.
«Сегодняшняя совместная работа по определению контуров зелёных коридоров между Литвой и зарубежными партнёрами ещё больше укрепит в будущем преимущество Клайпедского порта на международном рынке, откроет дополнительные торговые маршруты и снизит воздействие деятельности на окружающую среду. Инвестиции в зелёные коридоры – это взгляд в будущее, поскольку в будущем именно тот, кто сегодня думает об устойчивом развитии, получит конкурентное преимущество», – убеждён гендиректор Дирекции Клайпедского государственного морского порта (ДКГМП) Альгис Латакас.
| Альгис Латакас: В будущем именно тот, кто сегодня думает об устойчивом развитии, получит конкурентное преимущество. Фото Асты Диковене |
Единство с партнёрами
Клайпедский порт, который ещё в 2024 г. присоединился к первому зелёному коридору, проходящему через Роттердам, Антверпен, Клайпеду и Ригу, и обязался развивать такие маршруты и необходимую для них инфраструктуру, делает ещё один шаг – объединяет усилия с партнёрами из региона Балтийского моря.
В ходе проекта, в рамках которого будет разработана концепция и расширено сотрудничество по вопросу морских маршрутов с нулевой эмиссией между двумя или более портами, Клайпедский порт будет сотрудничать с основным партнёром проекта – Шведским институтом экологических исследований и Организацией Балтийских портов.
В проекте также примут участие министерство климата Эстонии, транспортная администрация Швеции и Финское агентство транспорта и связи.
Эта концепция ляжет в основу детальной проектной заявки на реализацию зелёных коридоров.
Экспертам вышеупомянутых организаций предстоит вникнуть в ряд вопросов – от разработки возможных поставок экологически чистого топлива для судов с нулевой эмиссией до судоходных компаний, которые могут быть заинтересованы в конкретном маршруте и имеют суда, работающие на зелёном топливе.
Экологичный порт
В рамках проекта высоко ценятся экспертные знания, накопленные командой ДКГМП в ходе реализации зелёных проектов, связанных с экологическим топливом, таких как производство зелёного водорода, судно-хранилище СПГ, береговое электроснабжение судов и т. п.
В рамках этого проекта представители Дирекции порта поделятся с партнёрами знаниями о возможностях и потребностях порта в продвижении зелёных судоходных коридоров, о требованиях судоходных компаний, чьи экологичные суда заходят в порт.
В рамках проекта также будут оценены перспективы развития инфраструктуры, необходимой для зелёного судоходства.
Стоимость проекта – почти 44,7 тыс. евро.
Клайпедский порт относится к портам, подходящим для зелёного судоходства – сингапурская судоходная компания «X-Press Feeders» включила Клайпедский порт в судоходный маршрут, по которому курсирует контейнеровоз, работающий на зелёном метаноле.
Судно «Eco Umande», работающее на этом зелёном топливе, курсирует в Клайпедский порт по зелёному судоходному маршруту с середины сентября 2024 г.
Трофеи аферистов поражают
Фантазия мошенников удивляет, но ещё больше вводит в недоумение наивность их жертв. Супружеская пара, которую жулики целый месяц водили за нос, обратилась в полицию лишь после того, как лишилась солидной суммы – 85 тыс. евро.
Сотрудники Криминальной полиции Клайпедского уездного ГПК из Управления по расследованию преступлений против собственности расследуют новый случай мошенничества: супруги поверили речам незнакомых лиц, позвонивших им по телефону, и сами отдали преступникам огромную сумму денег.
В полицию супружеская чета клайпедчан обратилась лишь через месяц после первого звонка мошенников.
4 сентября в доме супругов, людей пенсионного возраста, зазвонил телефон. Голос в трубке сообщил, что им звонит сотрудник телекоммуникационной компании – дескать, у них истекает срок договора с компанией. Это было лишь начало разговора, когда мошенники пытаются понять, «клюнула» жертва или нет, и можно ли с ней говорить по-русски.
Видимо, 70-летняя женщина и 69-летний мужчина обрадовались, что с ними общаются на их родном языке. Возможно, для них это стало одним из факторов доверия.
Начав с обсуждения договора с телекоммуникационной компанией, преступники постепенно перевели разговор на другую тему – о сбережениях на банковских счетах пары. Теперь уже с ними беседовали «полицейские» и «банковские служащие».
Клайпедчан ничуть не удивило, что представители официальных инстанций тоже говорят с ними по-русски.
В итоге мошенники сумели убедить супругов, что деньги на их банковских счетах могут быть фальшивыми и их нужно проверить.
Разговоров было очень много, они продолжались не один день, неделю за неделей, но люди даже не подозревали, что их попросту дурачат, и наконец за два дня каждый из супругов снял со своего банковского счёта солидную сумму – 40 и 45 тыс. евро.
Эти деньги они частями за несколько раз передали незнакомому человеку, который представился сотрудником полиции. Дескать, он должен проверить, настоящие ли это деньги, чтобы продолжить расследование некоего преступления.
Лишь 7 октября супруги наконец опомнились и, осознав, что лишились своих сбережений, заявили об этом в полицию.
Пока никто не может сказать, насколько реальна возможность найти преступников и есть ли хоть малейший шанс вернуть людям деньги и наказать мошенников.
Атаки мошенников не прекращаются, в отдельные дни преступники ведут себя особенно активно. Об этом свидетельствуют жалобы потерпевших.
В Вильнюсе в один и тот же день поступило пять заявлений о мошенничестве. Люди разного возраста поверили, что им звонят экстрасенс, сотрудники полиции, банка, телекоммуникационных компаний. В большинстве случаев преступники говорили с жертвами по-русски.
Колесо – в людей
Бывший комиссар полиции, потрясённый происшествием, которое едва не закончилось трагедией, был возмущён, когда, обратившись в полицию, столкнулся с крайне пренебрежительным отношением.
Человек, некогда занимавший высокий пост в городском полицейском комиссариате, узнал от своей дочери, что она и его внучка едва не пострадали во время инцидента в южной части города.
Женщина водит свою пятилетнюю дочь в детский сад в конце улицы Лаукининку. На этой узкой улице по утрам трудно найти место, чтобы ненадолго оставить машину, поэтому женщина паркует автомобиль в так называемом уличном кармане на проспекте Юрининку.
Однажды в 8.20 утра, едва она с дочерью вышла из машины, мимо промчалась фура, от которой неожиданно вылетело на обочину огромное колесо.
Каким-то чудом оно не задело пятилетнюю девочку. Если бы мать не успела схватить дочь на руки, ребёнок был на волоске от трагедии.
Фура умчалась, а потрясённая женщина и рыдающая от испуга девочка зашагали в детский сад.
Ближе к полудню женщина рассказала об этом инциденте своему отцу, бывшему сотруднику полиции. Он позвонил по телефону экстренной службы и изложил суть дела. Поскольку тяжелая покрышка, слетевшая с машины, была без обода, можно предположить, что её везли как груз.
Вскоре мужчине перезвонил человек, который представился сотрудником полиции. Он сказал, что это был всего лишь несчастный случай, водитель не совершил никакого нарушения, тем более что автомобиль прошёл техосмотр.
«Насколько я понял, никто даже не собирается расследовать происшествие, во время которого чуть было не пострадали или даже могли погибнуть люди. Если бы это случилось, то расследование началось бы сразу. Сотрудник, который принял у меня эту информацию, не стал отправлять полицейских на место происшествия, ему неинтересно было зафиксировать место и обстоятельство инцидента. Выяснить, чей грузовик потерял колесо в этом месте, не составило бы труда, ведь на проспекте есть не одна видеокамера. Водитель проявил халатность, не обеспечив безопасность окружающих. Меня это вывело из себя, я сказал, что не стану замалчивать это дело. Не знаю, может, мои слова на него подействовали, но вскоре я получил сообщение на телефон, что происшествие будет расследовано», – поведал мужчина.
Однако бывший комиссар полиции полагает, что очень скоро придёт формальный ответ и он узнает, что расследование прекращено.
«Меня шокирует не только то, что могли пострадать члены моей семьи. Возмущает, что, похоже, полицейские не хотят работать», – не скрывает досады клайпедчанин.
Выяснилось, что с ним общался сотрудник Бюро общественного порядка при Департаменте полиции.
Требуется внимание Минска
После того как несколько десятков контрабандных метеорологических шаров (метеозондов), запущенных из Беларуси, нарушили воздушное пространство Литвы, премьер-министр Инга Ругинене выразила надежду, что и Минск отнесётся к этой ситуации со всей ответственностью.
«Очень хотелось бы, чтобы и Беларусь внимательно отнеслась к этим событиям, какими бы ни были наши политические отношения. На техническом уровне мы должны сотрудничать, это ненормально, когда такое количество шаров пересекает нашу границу, мы должны их остановить, преградив путь к нашим стратегическим объектам», – сказала И. Ругинене журналистам в среду.
Как сообщалось в печати, в ночь со вторника на среду на территорию Литвы залетели несколько десятков контрабандных метеозондов, в результате чего с вечера вторника до 6.30 утра в среду был закрыт Вильнюсский аэропорт. Нарушение работы Вильнюсского аэропорта затронуло около 30 авиарейсов и свыше 4 тыс. пассажиров.
Ночью также временно было остановлено движение через контрольно-пропускные пункты на границе с Беларусью в Мядининкай и Шальчининкай. Движение возобновилось в среду утром.
В связи со сложившейся ситуацией в среду было созвано заседание Комиссии по национальной безопасности.
Главный советник Президента по вопросам национальной безопасности Дейвидас Матулёнис заявил в среду, что по причине запуска метеозондов Литва может закрыть границу с Беларусью на более длительный срок.
«Одно из решений – закрыть пограничные пункты, но есть и другие решения, технические решения, которые мы должны будем принять. В срочном порядке созываю заседание Комиссии по национальной безопасности и требую явиться туда с готовыми решениями», – сказала премьер-министр.
«Нам следует не дискутировать, а уже иметь решение о дальнейших действиях», – добавила она.
Глава Национального центра по управлению кризисами Вилмантас Виткаускас отметил, что операция с шарами, имевшая место в среду ночью, была «чуть ли не самой интенсивной за последние годы».
По словам пограничников, метеозонды были зафиксированы на участке от Друскининкай до Вильнюсского района.
В случае если ситуация с массовым пересечением границы Литвы контрабандными метеозондами из Беларуси повторится, премьер-министр И. Ругинене предупредила о полном закрытии границ с соседней страной.
По словам главы Правительства, предусмотрены и другие меры: ужесточение ответственности за контрабандную деятельность, дискуссии с предпринимателями Литвы относительно технических способов предотвращения случаев проникновения таких шаров на территорию Литвы.
Из-за букета – настоящий детектив
Работниц цветочной студии в одном из клайпедских торговых центров шокировало поведение женщины – она решила взять понравившийся ей букет и, не заплатив за него, скрыться. После того как была опубликована видеозапись, на которой видно, как женщина берёт в руки букет, та заявила, что не только не заплатит за цветы, но ещё и подаст на владелицу студии в суд.
Инцидент произошёл вечером в цветочной студии «Agava», расположенной на пр. Тайкос, 141. Директор студии Индре Жилене поделилась видеозаписью, на которой зафиксирована темноволосая девушка. Сначала она нюхала цветы, а потом выбрала один из букетов и просто ушла.
Студия «Agava» работает до 20 час., однако посетительница решила заглянуть туда, когда цветочная студия уже была закрыта. Об этом свидетельствовали специальные цепочки, опоясывавшие вазы с цветами, и информационный стенд.
И. Жилене рассказала о подробностях инцидента, констатировав, что это очень неприятная ситуация.
«Она связалась со мной и потребовала, чтобы я удалила видеозапись, пригрозив, что подаст в суд, поскольку я обнародовала видео. За это она грозила разрушить мою карьеру. Я попросила её заплатить за цветы, и тогда неприятная ситуация будет исчерпана, а я удалю видеозапись. Однако она отказалась, заявив, что не видать мне денег как своих ушей. На том всё и закончилось – платить она не стала, пригрозив подать на меня в суд и возбудить уголовное дело», – поведала И. Жилене.
Стоимость похищенного букета – 26 евро. Как пояснили сотрудники полиции, если лицо совершает кражу на сумму менее 150 евро, то, получив заявление потерпевшего, они возбуждают административное дело, выясняют обстоятельства происшествия и, установив нарушителя, привлекают его к административной ответственности.
Уголовная ответственность наступает в тех случаях, когда стоимость похищенных вещей превышает 150 евро.
«Очень жаль, что такие люди чувствуют себя безнаказанными. Она мне сама предложила написать заявление в полицию, потому что знает, что фактически не будет наказана. Куда хуже для неё гласность», – отметила И. Жилене.
Клайпедчане даже нашли фотографию, на которой женщина запечатлена с букетом, похожим на тот, что был похищен. Однако позднее выяснилось, что это всё же был не тот букет.
Где можно ездить на мини-карах?
Сотрудники полиции напоминают, на каких транспортных средствах запрещено ездить по тротуарам и велодорожкам.
Полицейские всё чаще замечают на дорогах транспортные средства нового типа – мини-электромобили с двумя сидячими местами. Обычно люди ездят на них по городским улицам, тротуарам и велодорожкам.
Как отмечают полицейские, некоторые считают этот вид транспорта электрическими средствами микромобильности, хотя по техническим характеристикам этот мини-кар относится к категории лёгких четырёхколёсных транспортных средств.
Согласно Правилам дорожного движения и Закону о безопасном движении по автомобильным дорогам, электрическое средство микромобильности – это одноместное электрическое транспортное средства, предназначенное для езды по проезжей части улицы, по велосипедным дорожкам, велопешеходным дорожкам или обочине.
Упомянутые мини-электроавтомобили и электрочопперы оснащены более чем одним сидячим местом, поэтому, по словам полицейских, они считаются лёгкими четырёхколёсными транспортными средствами, а к ним применяются такие же требования, как и к прочим моторным транспортным средствам – лица, желающие управлять ими, обязаны иметь водительское удостоверение как минимум категории АМ.
Транспортное средство должно быть зарегистрировано, застраховано обязательным страхованием, иметь государственный номерной знак и действующий обязательный техосмотр.
Ездить на таких транспортных средствах можно только по проезжей части улицы с соблюдением всех правил дорожного движения, установленных для моторных транспортных средств.
Ветхие строения будут снесены
Администрация Клайпедского самоуправления предлагает списать и демонтировать несколько столбов освещения на городском стадионе, а также снести строения котельной и бывшей школы на улице Клайпедос. Это имущество признано непригодным к эксплуатации по причине физического износа.
С разрешения членов горсовета будут списаны принадлежащие Клайпедскому самоуправлению ненужные и непригодные объекты недвижимости – инженерные сооружения (четыре столба освещения на улице Стадионо), а также строения бывшей школы и котельной на улице Клайпедос.
Согласно законам, муниципальное имущество, признанное ненужным или непригодным для эксплуатации, подлежит списанию, сносу, демонтажу и ликвидации в установленном Правительством порядке.
Клайпедскому самоуправлению на правах собственности принадлежат четыре конструкции уличного освещения (башни), расположенные на территории центрального стадиона на ул. Спортининку, 46.
Башни освещения на правах доверия переданы Клайпедскому центру управления спортивными базами.
Предприятие «Uostamiesčio ekspertizė» провело проверку технического состояния составных частей осветительных башен – опорных конструкций. В ходе проверки было установлено, что у данных конструкций имеются признаки возможного аварийного состояния.
Принимая во внимание тот факт, что возраст стальных конструкций опор осветительных башен составляет 60 лет, т. е. эксплуатационный период уже истёк, их ремонт является экономически нецелесообразным.
Поэтому было рекомендовано осветительные башни демонтировать, а их опоры заменить новыми, которые будут соответствовать современным требованиям эксплуатации и безопасности.
На правах собственности самоуправлению принадлежат и строения бывшей школы и котельной на ул. Клайпедос, 33.
Эти строения находятся в плачевном техническом состоянии и в настоящее время не эксплуатируются.
После сноса этих объектов освободится территория, которая будет отведена под развитие инфраструктуры в ходе реконструкции расположенного поблизости детского сада.
Если члены Клайпедского горсовета утвердят это решение, то город получит возможность приступить к процедурам по списанию и сносу объектов недвижимого имущества.
Предварительная стоимость сноса данных объектов – около 15 тыс. евро.
Безопасность детей вызывает опасения
По Клайпеде распространяются тревожные рассказы о том, как на улицах города какие-то незнакомые люди вступают в разговор с детьми, предлагая подвезти их на машине. Однако, по всей видимости, эти истории не имеют под собой никаких оснований. Сотрудники полиции утверждают, что в этом году подобные инциденты официально не фиксировались, хотя единичные сообщения такого характера всё же поступают.
«Дети после школы ждали автобуса на остановке возле бассейна. Остановилась чёрная «тойота», похожая на джип (так дети рассказывали), мужчина и женщина заговорили с детьми, предлагали подвезти. Один мальчик отказался, а тот, что постарше, сел в машину. Может, кто-то видел или слышал об этом?» – интересуется женщина в группе «Vitės bendruomenė» в соцсети «Facebook».
Никаких фактических доказательств – фотографий, видеозаписей или других личных свидетельств, по крайней мере, в этой группе, нет, однако такие рассказы беспокоят семьи с малолетними детьми и вызывают тревогу за их безопасность.
По данным сотрудников отдела оперативного управления при Клайпедском уездном главном полицейском комиссариате, сообщений о подобных инцидентах, по крайней мере, 1 октября, не поступало.
«Как признают сотрудники Клайпедского городского ПК, единичные сообщения такого характера поступают, однако в этом году, по словам полицейских, таких сообщений не было. В июле 2024 г. было получено сообщение, что незнакомый мужчина пытался вывести из магазина в Клайпеде двоих детей. На этом основании было начато досудебное расследование (согласно ст. 284 Уголовного кодекса), которое после уточнения обстоятельств было прекращено в связи с отсутствием состава преступления», – поведали сотрудники полиции.
По данным полиции Клайпедского уезда, с начала 2025 г. по 8 октября было начато семь досудебных расследований в связи с исчезновением несовершеннолетних. Шесть из них были прекращены, так как пропавшие лица нашлись.
«После получения такого сообщения уточняются обстоятельства исчезновения несовершеннолетнего, его поиски начинаются незамедлительно. По словам полицейских, некоторые несовершеннолетние часто уходят из дома, но спустя время возвращаются сами. Бывает, что после поступления сообщения о возможном исчезновении несовершеннолетнего его находят ещё до начала досудебного расследования или он является домой сам», – говорят специалисты коммуникационного подотдела Клайпедского уездного ГПК.
Сотрудники полиции рекомендуют родителям чаще беседовать со своими детьми, рассказывать им о том, как себя вести, если с ними вдруг заговорит незнакомый человек, и о том, как избежать опасности и благополучно вернуться домой.
Представители полиции просят тех, кто заметил подозрительное поведение незнакомых людей с несовершеннолетними, не спешить рассказывать об этом в соцсети, а незамедлительно звонить в полицию по телефону 112. По возможности нужно постараться запомнить и сообщить полиции какие-то приметы, детали, которые помогут опознать человека, вызвавшего подозрения.
Отважные профессионалы: фронтовой опыт медиков
Им не довелось бывать в зонах обстрела, но они спасали доставленных оттуда раненых бойцов и черпали опыт, который может пригодиться им и в Литве. Они – это врачи и медсёстры, которые не так давно вернулись из Украины.
Твёрдая позиция
Завершился ещё один цикл стажировок литовских медиков в Украине. После участия в этой миссии недавно из воюющей страны вернулись и медики Каунасских клиник – врач анестезиолог-реаниматолог Паулина Алдакаускайте (П. А.) и медсестра Валентина Пятраускайте (В. П.). По словам женщин, им не довелось оказаться под открытым обстрелом, но, находясь в нескольких километрах от линии фронта, они видели, как летают дроны, и испытывали постоянное напряжение, ведь опасность буквально витала в воздухе. Однако ни одна из них ни за что не отказалась бы от приобретённого во время стажировки фронтового опыта.
– Какие личные мотивы побудили вас отправиться в командировку в Украину?
П. А. Думаю, это естественная человеческая эмпатия и гражданская позиция. Однажды я уже побывала на стажировке в Украине, ещё в самом начале войны. Поэтому у меня была твёрдая и проверенная мотивация. С начала войны я всячески старалась подключиться к инициативам в поддержку Украины, хотелось оказывать помощь и военным беженцам, и людям, которые там живут. Когда по месту работы мне предложили стажировку в Украине, я ни минуты не сомневалась. Для меня моя профессия это не только радость и честь быть врачом, но и большая ответственность. Конечно, дополнительной мотивацией было и профессиональное любопытство, желание увидеть, как моя работа выглядит в условиях войны, когда система функционирует в экстремальной ситуации.
В. П. Одной из основных причин, заставивших меня отправиться в Украину, стало само предназначение моей профессии, мой выбор специальности. Я с детских лет хотела помогать людям, попавшим в беду. К тому же я, как медсестра, выбрала такое направление как скорая помощь и поэтому всегда нахожусь среди людей, которые в случае несчастья первыми приходят к пострадавшим. Это накладывает на меня обязательства. Люди, работающие в службе скорой помощи, всегда испытывают больше стресса и сталкиваются с более высоким риском, чем те, кто трудится в других отделениях. Я ничуть не сомневалась, что получу в Украине крайне поучительный и полезный опыт.
Поддержка близких
– Как на ваше решение отправиться в Украину отреагировали близкие? Кто-нибудь пытался вас отговорить?
П. А. Мои близкие – люди активной гражданской позиции, и я горжусь тем, что росла в такой среде. Моё желание хоть чем-то помочь воюющей стране появилось именно благодаря такому окружению. Близкие приветствовали мою инициативу, хотя нет никаких сомнений, что они испытывали большую тревогу за меня, но отговаривать никто не стал.
В. П. Такие попытки были, потому что мой замысел многие сочли очень рискованным. Просто инстинктивно твердили: не уезжай. Да и не всем близким людям я рассказала, куда еду, поскольку и сама подумала о том, что мне тоже было бы тревожно, если бы мой близкий человек поехал в подобное место. О предстоящей стажировке знал мой жених, знали лучшие друзья, но членам семьи я об этом не говорила. Особенно не хотелось говорить о поездке маме, ведь тогда она каждый день стала бы волноваться за меня, думать, всё ли у меня хорошо. Готовясь к отъезду, я понимала, что вряд ли смогу регулярно посылать маме какую-нибудь весточку. Это стало бы для неё причиной стресса. Поэтому о моей стажировке мама узнала уже после моего возвращения. Она давно привыкла к моему экстремальному поведению – то я с парашютом прыгаю, то ещё что-то придумываю. Конечно, война – это совершенно иное, это не просто впечатления, не просто всплеск адреналина. Ты едешь туда, где существует реальная опасность. Но такой уж я человек, мне всегда хочется заботиться о других. Как ни банально это звучит, но мне и фильмы нравятся о войне, о буднях медиков скорой помощи. Такие как «Доктор Хаус». Всегда хочется получить больше знаний, необходимого медикам опыта, постоянно чувствую стимул учиться большему. Могу сказать, что все, кто пытался отговорить меня от поездки в Украину, потом стали мной гордиться.
Коллеги: вместе с украинскими медиками возле здания больницы. Фото из личного архива Паулины Алдакаускайте и Валентины Пятраускайте
В шаге от опасности
– Доводилось ли вам или вашим коллегам сталкиваться во время стажировки с реальной угрозой жизни и здоровью?
П. А. Случались ситуации, когда по причине тех или иных обстоятельств нам приходилось выбирать крайне небезопасные места, расположенные в нескольких километрах от линии фронта. В таких местах ты видишь, как летают дроны, и испытываешь постоянное напряжение, ведь опасность буквально витает в воздухе. Под открытый обстрел мы, к счастью, не попадали, но некоторым нашим коллегам, участникам других миссий, довелось понюхать пороха.
Когда ты оказываешься там, то всё это становится повседневностью. Когда думаешь об этом, находясь в Литве, то кажется, что находиться там просто невозможно, но на самом деле это возможно. И там тоже люди работают. В каком-то смысле ты погружаешься в будни, люди продолжают жить, хотя и в очень трудных условиях. Может быть, это кажется невероятным и с трудом поддаётся осознанию, но стране удаётся функционировать, когда совсем рядом идёт ожесточённая война. Кто-то сидит в окопах, а кто-то в барах. И это вовсе не плохо, ведь экономика должна действовать, и порой бывает очень трудно осознать этот жизненный абсурд.
Следует подчеркнуть, что наша миссия состояла не столько в том, чтобы участвовать в клинической деятельности, сколько в том, чтобы увидеть и понять действие самой системы в реальных условиях, чтобы как можно больше узнать, поэтому мы посещали много медицинских учреждений, медпунктов, старались увидеть всё, что происходит вокруг.
В. П. В Украине ты постоянно находишься под угрозой. Мы часто слышали сигналы тревоги, предупреждавшие об опасности воздушной атаки. Время от времени гремели взрывы, мы видели пролетавшие мимо дроны и то, как действует антидроновая система, чувствовали запах пороха, когда эти дроны были сбиты и падали. Довелось и в убежище посидеть, когда угроза подступала ближе. Находясь в Украине, нужно чётко осознавать, что ты никогда не знаешь, где тебя настигнет дрон. Это может случиться, например, в дороге, когда не будет возможности где-то укрыться. Когда ты слышишь звуки войны, то поначалу они ассоциируются с уже знакомыми звуками, такими как гроза. А когда взрывы гремят ближе, ты понимаешь, что это стрельба. И осознание того, что это очень близко, действительно сопряжено с большой напряжённостью.
Акценты: по словам медиков, проходивших стажировку в Украине, на войне не обходится без парадоксов. Фото из личного архива Паулины Алдакаускайте и Валентины Пятраускайте
Важна готовность людей
– Как вы считаете, насколько эффективно могла бы действовать наша медицина, если бы сегодня вдруг у нас сложилась экстремальная ситуация?
П. А. Следует понимать, что, по сравнению с Украиной, Литва в области медицины ушла далеко вперёд. Мы более прогрессивны, и это очень хорошо. Если говорить об экстремальной ситуации, то, как я думаю, всё будет зависеть от гражданской ответственности медиков, от того, сколько у нас будет рук, готовых помочь, и насколько люди окажутся способны включиться в ситуацию войны.
– Расскажите о рутинной работе во время стажировки.
П. А. Рутиной я бы это не назвала, ведь все две недели мы много передвигались, побывали во многих местах, много узнали. Но каким бы напряжённым ни был день, мы всегда старались найти время для отдыха. Приходилось усваивать много новой информации, поэтому отдых был просто необходим. Утро обычно начиналось со встреч, общения – в больницах или в медпунктах. В крупных медицинских заведениях нам выделяли специалистов, которые могли подробнее всё рассказать. Случалось и так, что по прибытии в больницу нам приходилось внепланово подключаться к работе. Тогда уже анализ инфраструктуры и внутреннего порядка отходил на второй план, важнее всего становилась клиническая работа. В таких неплановых ситуациях учишься повседневной работе и видишь, чем она отличается от работы в мирное время.
В. П. Рутины там практически не было, поскольку многое спланировать заранее там просто невозможно. С самого утра и вплоть до вечера мы посещали больницы. Иногда работали сутками, чтобы охватить весь поток больных, максимально во всё вникнуть, чтобы прочувствовать, что такое работать день и ночь. Эвакуация с поля боя всегда проходила в ночное время, поэтому и пациентов по ночам было больше. Сами мы в зону боевых действий не ездили. Я не могу называть конкретные места, поскольку информация, получившая огласку, может быть сопряжена с риском для медиков, которые там работают, ведь, как бы то ни было, а медики в Украине являются одной из главных мишеней. Мы работали и в приёмных отделениях, и в операционных, и в отделениях интенсивной терапии, участвовали в эвакуации пациентов. После каждой смены мы с командой делились впечатлениями, новым опытом, знаниями и прогнозами, тем самым закрепляя то, что увидели и узнали. Чаще мы работали с пациентами, которые уже получили помощь в стабилизационных пунктах.
Нелёгкий опыт
– Случались ли такие моменты, когда во время стажировки вам в голову приходила мысль: нет, это не для меня?
П. А. Когда отправляешься туда, организм и всё твоё сознание переходит в такое состояние, что ты не можешь себе позволить выйти из колеи, допустить мысль о том, что можно остановиться. Ты понимаешь, что у тебя скорее всего и нет такой возможности. Наши коллеги, у которых больше опыта пребывания в зонах боевых действий, говорили, что приходится соизмерять границы своего страха. Мне тоже пришлось соизмерить границу собственного страха. Когда ситуация становится слишком опасной, когда центральной нервной системе уже трудно справляться с эмоциями, требуется время для адаптации. Пожалуй, в такой ситуации было бы очень трудно работать, поскольку начинаешь слишком много думать о своей личной безопасности, слишком концентрируешься на себе. Это уже крайне опасные условия. Концентрироваться на работе становится трудно. В такой ситуации ты должен просто выстоять.
В. П. До самого последнего момента у нас была возможность выбора. Во время нашего пребывания в Украине наш куратор всё время побуждала нас выговориться, рассказать о том, что мы увидели, и заботилась о нашем отдыхе. У нас возникла некая общность. Будучи в командировке, я встретила человека, с которым ранее виделась лишь однажды, а когда мы вернулись, казалось, что мы знакомы много лет. Это результат той общности, которая появляется в обстановке войны.
Если же говорить о том, не колебалась ли я в своей решимости, то могу рассказать одну довольно курьёзную историю, хотя мне, как медику, должно быть за это стыдно. Во время ампутации руки я видела, как всё происходит, и, наблюдая за этим, чувствовала себя вполне спокойно. Но, возможно, по той причине, что уже давно работала в операционной, вдруг ощутила, как организм предупреждает меня: со мной что-то не так. Прямо в операционной я присела у стены и вдруг потеряла сознание. Это было неожиданно и для меня самой, ведь в операционных я не раз видела самые разные ситуации. Странно, что организм так отреагировал. Все, кто там находился, поддержали меня, просили не переживать и не винить себя ни в чём. Говорили, что в 2014 году, когда началась агрессия против Украины, многие падали в обморок, потому что сталкивались с незнакомым опытом и с этим нужно было свыкнуться.
О преодолении стереотипов
– Может быть, во время стажировки вам пришлось преодолевать какие-то стереотипы, устоявшиеся в вашей медицинской практике?
П. А. Я поняла, что многие правила, которых мы привыкли придерживаться и которые для нас святы, там не действуют или становятся бессмысленными. Многое из того, что делается у нас согласно рекомендациям или каким-то давным-давно принятым протоколам и хорошим практикам, там просто не существует. Именно поэтому такие поездки чрезвычайно полезны, поскольку там ты со всей очевидностью осознаёшь, насколько военная медицина отличается от обычной гражданской медицины. Это огромная разница. Были настолько шокирующие моменты, что, казалось, невозможно поверить, что именно так нужно поступать, именно так нужно лечить пациентов. Ты вдруг видишь именно такую реальность.
В. П. Преодолевать стереотипы мне не пришлось, но довелось столкнуться с врачом, который должен был передать мне пациента для транспортировки в другую больницу. Этот врач поинтересовался, откуда я, какая у меня квалификация. Он усомнился в моей компетентности в процессе транспортировки больного. Медсёстры в Украине работают несколько иначе, чем мы в Литве. Для нас стало уже обычным делом, что медсёстры могут сами принимать решения, назначить лекарства без указания врача, сделать инъекцию.
О внутренней готовности
– Как вы думаете, многие ли из ваших коллег смогут продемонстрировать внутреннюю готовность работать в экстремальных условиях (в случае войны, военных конфликтов, каких-то катаклизмов)?
П. А. Как ни жаль, но я должна признать, что эта готовность не внушает оптимизма. И это касается не только медиков. Насколько я сталкивалась с отношением к таким командировкам, не у всех оно было позитивным, и реакции по возвращении бывают самые разные. Лично я считаю, что перед лицом войны успех государства, медицины во многом зависит от гражданской позиции людей. В таком случае возникает очень много вопросов относительно того, где же эта гражданственность, вроде как хотелось бы, чтобы её было больше. Я могу сравнивать только со своими точками отсчёта. В Украине мы тоже сталкивались с подобными противоречиями: оставаться там или не оставаться. Факт в том, что, когда война затягивается, мотивация снижается, появляется усталость и тому подобное.
В. П. Думаю, люди разные. В каком-то смысле эта поездка в Украину меня успокоила: страна может продолжать существовать и во время войны, там можно выживать и работать. Люди, которые меня окружают, думаю, в большинстве настроены патриотично, достаточно отважны и умны.
Досуг: радостные мгновения отдыха – праздник литовского холодного борща. Фото из личного архива Паулины Алдакаускайте и Валентины Пятраускайте
Существенные различия
– В чём основные различия в вашей работе в обычных условиях и в экстремальных?
П. А. Если говорить о разнице между работой в Литве и Украине, я имею в виду свою специальность, то действительно есть несколько существенных аспектов, нововведений, которые мы привезли в свои учреждения. Некоторые инновации приживаются у нас с трудом, а некоторые – очень легко. Если в Литве внедрить определённые нововведения, то, думаю, мы были бы лучше подготовлены к военному положению, работать можно было бы легче и эффективнее. Основная цель этой стажировки как раз и состояла в том, чтобы помочь нам подготовиться к возможной военной ситуации, понять, как включиться в реализацию общего системного плана.
В. П. Главное различие – это постоянное ощущение опасности. На фоне серьёзной опасности появляется стресс, возрастает рабочая нагрузка. Сейчас мы лечим болезни, а в экстремальной ситуации, по всей вероятности, возрастёт число травм, и не обычных, а политравм и, видимо, таких, с какими мы раньше не сталкивались.
Если вы хотите помочь в экстремальной ситуации, необязательно быть медиком. В таких ситуациях есть много разных дел, которые по силам любому человеку. В Украине есть волонтёры, и не только украинцы, но и люди других национальностей. Если ты хорошо водишь машину, готовишь пищу, зарабатываешь деньги и можешь направить свои способности на общее благо, то ты всегда найдёшь себе применение.
Возможны разные сценарии
Как представители Министерства здравоохранения оценивают подготовку системы нашей страны к действиям в условиях войны? Об этом мы беседуем со Скирмантасом Крункайтисом, советником министра здравоохранения Марии Якубаускене.
– Что вы можете сказать о сегодняшнем уровне готовности? Где у нас есть пробелы?
– Прежде всего, если говорить о готовности, то необходимо иметь конкретные сценарии, ведь каждый сценарий требует отдельной подготовки, поэтому и уровень готовности у нас разный. Когда речь идёт о подготовке к локальной гражданской катастрофе, экстремальной ситуации или краткосрочному конфликту, наша система здравоохранения способна справиться с такими испытаниями. У нас имеется плотная сеть медицинских учреждений, сильные университетские клиники, около 40 тыс. врачей – это действительно большой потенциал.
Если моделировать худший сценарий – долгосрочный вооружённый конфликт, мы, конечно, должны поработать основательнее. Очень важно понимать, что готовность и гражданская защита не являются конечным процессом, а система здравоохранения должна быть неотъемлемой частью обороны и этому необходимо уделять внимание на всех государственных уровнях.
– Каковы планы на будущее? На основании какого опыта и рекомендаций разрабатываются эти планы и как они реализуются?
– В процессе планирования мы опираемся на практику стран Запада. Литва – часть общей системы НАТО, поэтому решения принимаются в контексте планов наших союзников. Помимо этого, мы интенсивно осваиваем уроки войны между Россией и Украиной, особенно на тактическом уровне.
Работа идёт в трёх направлениях: изменения в правовой базе – разрабатываются алгоритмы взаимодействия, управления и реагирования, подготовлена концепция обучения медиков, уже в этом году начнутся курсы для врачей и медсестёр по целевым специальностям, системно организуются стажировки медиков в Украине. Много внимания уделяется сети больниц и инфраструктуре, мы обязаны позаботиться о безопасных условиях труда медиков. Мы также наметили список приоритетных лечебных заведений, которые будут адаптированы для работы в автономном режиме.